Илья Штемлер - Коммерсанты

Контейнеры стояли неподалеку от входа в юридическую консультацию, и когда приезжала мусороуборочная машина, то на какое-то время прекращалась работа по защите прав населения, — скрежет и грохот механизмов заглушали отеческие советы юристов и робкое, заискивающее бормотание клиентов, что сидели друг против друга в тесных кабинетах районной консультации.

Вот и сейчас во двор втиснулся простуженный грузовик, шуганув из контейнеров разномастную тварь.

— Зажрались, дармоеды, — плюгавый шоферишко натянул рукавицы и ловко продел крюк в ушки контейнера. Перевел рычаг. Рыжий контейнер, тяжело скрежеща по асфальту, нехотя втягивался на присевший грузовик.

Вся босолапая уличная рать провожала кормильца тоскливым взором. А аристократы — вороны и галки, упустившие свой шанс в бестолковых уговорах совести, — с досадой наблюдали за происходящим, сидя на голых ветках березы. Конечно, можно слетать и в соседний двор, но это место было особое — кроме юридической консультации, во дворе стоял вкусный дух подсобки диетической столовой…

— Ты что наскочил, Захар?! — прокричал из подсобки мужик в замызганном фартуке. — А где сменный бак?

— Привезу ешшо, — ответил шоферишко, стягивая рукавицы. — Послед обеда подкину.

— Интересное кино. А куда нам скидывать отход?

— Куда, куда, — недовольно передразнил шоферишко. — Куда хошь! Вали на асфальт, хищники все подметут, будет чисто, как в церкви, — и, хлопнув дверцей, шоферишко направил со двора хрипатый грузовик. В воротах он тормознул, высунулся из окна и просветил недоумка в грязном фартуке: — В другой раз я и вовсе не привезу контейнер. Пожадились вчера, менялу моего даже обедом не накормили. Так и передай шефу — стоит ли тарелка супа порожнего контейнера или нет?

— Ты что, Захар? — заволновался мужик вслед уходящему грузовику. — Недоразумение вышло, — и пропал в дверях подсобки.

— Побежал доносить начальству, — усмехнулся Чингиз.

Феликс кивнул и потер зябко руки.

— Вот где Клондайк — коммунальный бизнес, беспроигрышное дело.

— Беспроигрышное, пока чужое, — усмехнулся Чингиз. — Так же, как и твоя история с компьютерами.

— Что ты имеешь в виду? — болезненно отозвался Феликс. — С компьютерами все будет в порядке. Кто же знал, что тот Авторитет загремит в Большой дом? Будем искать выход.

— Две недели — очень маленький срок, — вздохнул Чингиз.

Да, с компьютерами произошла досадная накладка. «Авторитет», на помощь которого в получении лицензии и рассчитывал Феликс, оказывается, загремел в следственный изолятор Комитета, в Большой дом, как называют ленинградцы сооружение на Литейном проспекте, 4.

Николенька Кривошеин выцыганил у министра льготных две недели, с тем чтобы Феликс нашел выход из положения. Иначе выгодный заказ на куплю-продажу партии компьютеров Феликс упустит, да и труды Николеньки Кривошеина пропадут не вознагражденными.

— Ладно. Будем думать о предстоящих делах, — буркнул Феликс. — Не станем распыляться.

Полчаса, как они пришли в юридическую консультацию. Думали, будут первыми, но кое-кто оказался попроворней, пришлось занять очередь.

Тесное помещение консультации выдавило их на крыльцо, на морозный воздух. Портфель с документами оттягивал руку Чингиза, врезаясь швом в согнутые пальцы, пришлось поставить его на перила.

Три последних дня Феликс и Чингиз пытались изловить юриста райисполкома. Безуспешно. Словно юриста уволили. И телефон не отвечал. Стало известно, что юрист Ревунова Галина Кузьминична подрабатывает в консультации.

— Кстати, а как фамилия инспектора банка? — Феликс щелчком метнул сигарету в снег. — У которой брови широкие, как у… Брежнева?

— Не знаю. Банком занимается Рафаил, — ответил Чингиз. — Ты звонил ему?

— Второй день звоню, — ответил Феликс. — Мать говорит: он дома не ночует. Не удивлюсь, если узнаю, что он свалил куда-нибудь в Сочи. С этой Ингой.

— Предупредил бы.

— Кто? Рафинад?! Слишком много ты от него хочешь. Как-то он исчез. Еще в институте. Не появлялся недели две. Оказывается, рванул в какой-то дацан в Йошкар-Оле, изучать монахов-буддистов… Вообще я тебе скажу, товарищеские отношения с Дорманом требуют терпения, а дружба — так вообще нервов канатоходца. Вот куда он мог подеваться, куда?! Только что по моргам звонить.

— Ладно тебе, найдется. Наверно, и вправду с этой бабой…

— Тогда гнать его надо из «Кроны» к черту, — перебил Феликс. — Куда это годится?! Самое время охоты.