Илья Штемлер - Коммерсанты

— А вот и мы, — бодро проговорил Рафинад, точно появление его с дамой было заранее оговорено. — Знакомьтесь. Это Инга.

Феликс приподнялся, пожал мягкую широкую ладонь Инги и, наклонившись, поцеловал. Его склоненная голова показала старательно зачесанную раннюю проплешь. Чингиз, не поднимаясь, назвал свое имя и поднял над головой сжатый кулак в знак приветствия.

Официант услужливо торопился с дополнительным прибором.

— Что будем заказывать? — вкрадчиво проговорил он.

— Погоди, приятель, — вальяжно осадил Рафинад. — Дай отдышаться. Возникни минут через пять.

Официант исчез, точно испарился.

Инга положила сумочку на край стола. Лакированная, с бронзовыми застежками, сумочка гармонировала со строгим, темным костюмом с блестками. Инга достала из сумочки зеркальце и, нисколько не смущаясь, оглядела лицо, поправила мизинцем что-то в уголках век. Ресницы ее если и были подкрашены, то только чуть-чуть.

Рафинад подобрал карту-меню и терпеливо ждал, когда Инга справится, отведет от лица свое зеркальце.

— Непривычное имя — Инга, — проговорил Феликс. — А как полное? Ингрид?

— Нормальное русское имя, — Инга спрятала косметичку в сумку и щелкнула застежками.

— В святцах, думаю, такого имени нет.

— В святцах, вероятно, и Феликса нет, — сухо ответила Инга и натянуто улыбнулась.

— Почему тебя назвали Феликс? — вставил Чингиз. — В честь Дзержинского?

— А тебя? В честь хана? — произнес Феликс.

— В честь маминого брата. Он погиб на войне.

— Его назвали в честь князя Юсупова. Феликса Юсупова! — воскликнул Рафинад. — Кстати, Инга, вы не знаете, что находитесь в обществе наследника камергера его императорского высочества князя Шаховского. Со стороны мамы. А со стороны папы он — потомок профессора математики Чернова. То ли графа, то ли графина. Ученика Лобачевского. У него есть даже письма Лобачевского к дедушке…

— Интересно, в честь кого это тебя назвали? — Феликсу нравилось поминание Рафинадом его именитых предков. И еще он отметил, что Рафинад обращается к своей знакомой на «вы».

— Меня назвали в честь меня, — отозвался Рафинад. — И давайте закончим исследование топонимики. Дама киснет.

— Топонимика, сэр, наука о названиях географических, — вставил Феликс. — Наука о происхождении имен называется ономастика.

— Благодарю вас, сэр, — поклонился Рафинад. — Слабый пол выбирает «осетрину в ломтиках»? — Он вскинул глаза на Ингу и… покраснел.

«С ума сойти, — подумал Феликс. — Чтобы он смутился?» И тоже посмотрел на Ингу.

Инга сидела, подперев кулачком подбородок, и переводила взгляд с одного приятеля на другого. В ее голубых глазах стыли темно-синие льдинки зрачков.

— Я хочу гречневую кашу, — проговорила она. — С молоком и сахаром.

— Гречневую кашу? — воскликнул Чингиз. — Здесь такая кухня, лучшая в Ленинграде.

— Хочу гречневую кашу, если нет, то просто стакан кефира.

— А коньяк? Или «Саперави»? — настаивал Чингиз.

Феликс усмехнулся, покачал головой и ткнул вилкой в тарелку.

Рафинад подозвал официанта и попросил принести гречневую кашу. С молоком и сахаром. Официант остановился на ходу и обескураженно поднял плечи.

— Или просто стакан кефира, — добавил Феликс. — Кстати, два стакана. Мне тоже захотелось кефира.

— Три стакана, — дополнил Рафинад.

— Четыре, — подхватил Чингиз. — Что-то давно я не пробовал кефир.

— Хорошо, — послушно ответил официант. — Я закажу пять стаканов. Тоже попробую. А то все коньяк пью, аж воротит, — и добавил через плечо: — Если из кухни услышите крики… Наш повар — мастер спорта по тэквандо. — И он исчез за портьерой.

— Что такое тэквандо? — спросила Инга.

— Когда головой ломают десять кирпичей сразу, — пояснил Рафинад. — Только не путайте с ономастикой. Это наука об именах.

— Или с топонимикой, — подхватил Феликс. — Это наука о географических названиях.

— Ох, мальчики, — Инга откинулась на спинку стула и захохотала. — Как вы любите друг друга…

— Да?! — перебил Феликс. — А некоторые думают — наоборот.

— Кто так думает?! — встрепенулся Чингиз. — Заколю! — Он подбросил вилку и поймал на лету.

— Так думает его жена, — обронил Рафинад.

— Вот еще, — пожал плечами Феликс. — С чего ты взял?

— Я же умный, — усмехнулся Рафинад.

— Да, — и Феликс резко переменил разговор. — Знаете, Инга, он и вправду умный. И хитрый. Я расскажу вам историю. Сегодня он спас меня от больших неприятностей. Мы и собрались здесь отметить то, как я увильнул от кутузки…