Эми Тан - Долина забвения

Иногда, когда Верный видел, что я тихо плачу, он бросал все свои дела, подходил ко мне и обнимал, не спрашивая, почему я грущу. Он знал, что я вспоминаю о Флоре, или об Эдварде, или о том дне, когда я расставалась с матерью. Он просто укачивал меня в объятиях, будто я была маленькой девочкой. Мы оба знали, насколько глубокими были наши чувства, и боль, которую мы могли разделить, перевешивала любую боль, которую мы причинили друг другу.

@@

Волшебная Горлянка жила в нескольких кварталах от нас. Она быстро забыла о своих грандиозных планах открыть свой цветочный дом, когда случайно встретила своего старого клиента, Стройного Чэня, который когда-то был очень богат, а сейчас владел скромным бизнесом по продаже печатных машинок и «современных офисных принадлежностей для современного бизнеса». Стройный некогда был ее покровителем и хорошо ее помнил. Он сказал, что характер Волшебной Горлянки никогда его не пугал, а покачивания ее бедер всё еще свежи в его памяти. Так что он женился на ней, чтобы каждый день наслаждаться тем, что так его привлекало. А еще потому, что она все время его смешила.

— Он неплохой человек, — сказала Волшебная Горлянка, — Очень тактичный. И лучшее, на что мы можем рассчитывать в старости, — хорошая еда и хорошие зубы, чтобы ее есть, и это все, о чем стоит волноваться, отправляясь ко сну. Хороший муж — это роскошь, и от него зависит, больше у тебя будет забот или меньше. У меня их станет меньше, чем могло бы быть.

Когда Волшебная Горлянка приходила в гости, ее любимым занятием было вспоминать, сколько трудностей она перенесла ради меня. Глаза ее радостно загорались, когда она припоминала что-нибудь новое.

— Эй, а помнишь мужчину, который вез нас в деревню? Как его звали? Старый Пердун? Я тебе не рассказывала, что он намекал мне на секс? Ублюдок сказал, что мы должны пойти в поле и посмотреть, какой у него большой початок кукурузы.

— Какой кошмар!

Она хмыкнула:

— Я ответила, что нам нет нужды идти в поле: я знаю, какой величины початок, — она показала мизинец. — Он весь день потом злобно фыркал.

Она часто заводила разговор о Вековечном.

— Эй, помнишь, как этот придурок чуть не забил тебя до смерти? Я не говорила тебе, что пыталась его от тебя оттащить? Тогда-то мне и попало в глаз. Я чуть не ослепла.

Я поблагодарила ее. Она пренебрежительно отмахнулась:

— Нет, нет! Нет нужды меня благодарить, — она подождала, пока я еще раз выражу ей благодарность, а потом продолжила: — Эй, помнишь ту ночь, когда мы думали, что может сгореть вся деревня? Я только что получила письмо от Помело, где она сообщает, что в пожаре сгорели только ее комната и кладовая. Она узнала это от торговца, который кочует между Горным Пейзажем и Лунным Прудом. Дорога мимо Руки Будды сейчас похожа на оживленное шоссе. Кто-то смекалистый превратил белый камень в святыню, и сейчас это место кишит пилигримами, которые покупают засахаренные кукурузные лепешки и трости для ходьбы. Через год после смерти Вековечного один из пилигримов нашел его тело — только несколько костей и обрывки одежды. А еще кожаную сумку с его стихотворением. И ты только послушай: через девять месяцев после смерти Вековечного Лазурь снова родила сына! Она заявляла, что это сын Вековечного, но ходит слух, что его отец на самом деле любовник служанки — молодой слуга. Ходят и другие слухи: что мать ребенка — служанка, а вот отец как раз Вековечный. Но в любом случае Лазурь заявляет, что это ее сын.

@@

Когда мы с матерью обсуждали возможность встретиться в Шанхае, Волшебная Горлянка делала вид, что очень этому рада:

— Ты будешь так счастлива, когда к тебе вернется твоя мать.

Мне пришлось заверить ее, что она для меня гораздо роднее матери, потому что рисковала ради меня жизнью, страдала из-за меня.

— Ты беспокоилась обо мне, — сказала я. — Постоянно беспокоилась.

— Это правда. И гораздо чаще, чем ты думаешь.

— Я тоже за тебя волновалась.

Она недоверчиво на меня посмотрела.

— Когда ты заболела гриппом. Я думала, что ты можешь умереть. Я сидела рядом с твоей постелью и держала тебя за руку. Я молила тебя открыть глаза и вернуться к нам.

— Я этого не помню.

— Потому что ты была почти при смерти. Но я думаю, что мои слова тебе помогли.

Помогли они или нет, но Волшебную Горлянку это глубоко тронуло.

— Ты и правда беспокоилась? — спрашивала она снова и снова. — Никто и никогда не беспокоился обо мне. До тебя.

Она все время начинала волноваться, когда я угрожала развестись с Верным. Я, конечно, не имела в виду, что на самом деле хочу развестись. Просто хотела показать, как я разозлилась. Причина всегда была одна и та же: он флиртовал с какой-нибудь женщиной. Горлянка приходила ко мне, выслушивала мои жалобы и со всем соглашалась: да, он такой — плохой, беспечный, глупый.