Эми Тан - Долина забвения

Верного потрясли мои слова, и на его лице отразилась глубокая печаль.

— Я вижу по твоим глазам: это наконец случилось — я потерял тебя. Как было глупо с моей стороны пренебрегать тобой. Прости меня! — Он умолк. Взгляд его стал совсем потерянным. — Все мои слабости не значат, что моя любовь к тебе так же слаба. Я плохо к тебе относился, но чувствовал, что ты всегда меня простишь. В конце концов, ты не простила даже свою мать, но меня прощала много раз. Слишком поздно извиняться за всю боль, что я тебе причинил. Но мне невыносима мысль, что я заставил тебя потерять веру в любовь. Ты должна мне поверить: я всегда тебя любил. С самого начала я чувствовал, что ты знаешь меня лучше других. Когда мы были в разлуке, мне постоянно чего-то не хватало. И неважно, сколько со мной было друзей, — я был одинок. Каких бы успехов я ни достиг, я не испытывал удовлетворения. Я никогда не хотел этого признавать, Вайолет, но с тобой я снова мог быть ребенком, невинным и хорошим. Представь себе! Верный, такой богатый и успешный, — всего лишь капризный мальчишка, который так сильно тебя любит, что может проснуться посреди ночи от страха, что тебя нет рядом. И только дотронувшись до твоего лица и убедившись, что ты здесь, он снова засыпает. Ты как будто защищаешь сокровенную часть моей души. А когда тебя нет со мной, я чувствую, что обречен умереть в одиночестве. Мне стоило признаться тебе в этом много лет назад, — на глазах у него выступили слезы.

И я приняла назад капризного мальчишку и больше уже не разрывала с ним отношения. Я переехала к нему в дом, где мы все еще ссорились, хотя и меньше, чем раньше, потому что поняли, что любим друг друга. Мы не говорили вслух об этой тайне, которая так неожиданно стала явной. Мы молча признали нашу любовь.

Однажды, ближе к вечеру, когда мы вернулись с похорон его кузена, он сказал:

— Вайолет, обещай мне, что не умрешь раньше меня. Я этого не вынесу. Без тебя я сойду с ума!

— Как я могу такое обещать? И как ты можешь быть таким эгоистом и надеяться, что ты умрешь первым и оставишь меня страдать в одиночестве?

— Ты права. Ты должна умереть первой.

Мы стали жить обычной супружеской жизнью, зная обо всех привычках друг друга, предпочтениях и антипатиях. Мы замечали, как наши тела делаются мягче с возрастом и как атмосфера Шанхая становится все более безумной с этим их декадансом, который не казался нам привлекательным. Как странно, что мы становились такими старомодными. Мы соглашались чаще, чем спорили, и могли прощать друг другу то, что раньше нас раздражало. И только некоторые его оплошности вызывали ожесточенные споры, которые раньше могли привести к расставанию.

Мы жили вместе уже почти три года, когда Верный признался мне, что ему все труднее опорожнять мочевой пузырь. Трудности он испытывал уже некоторое время, но не хотел мне говорить, чтобы я не подумала, что его это беспокоит, хотя это его на самом деле беспокоило. Он пытался приуменьшить свой страх, говоря, что это наверняка что-то вроде запора, только в пенисе. Но через несколько дней он заметил в моче кровь и пришел ко мне бледный как мел. Я записала его на прием к врачу.

Мы сидели, держась за руки, когда доктор сообщил, что у него рак простаты. Ему понадобится облучение. Доктор сказал, что для него это лучшее лечение, которое дает больше всего шансов на излечение, а если оно не поможет, они попробуют другие способы. Верный боялся, что от радиации у него сморщатся пенис и яички, а при другом методе их ему просто отрежут и он станет евнухом. Он всегда вел себя как сильный мужчина и не показывал своих слабостей, но теперь мне было больно видеть на его лице неприкрытое отчаяние и страх.

— Я отказываюсь прощаться с тобой, — заявила я. — Мы так много сражались друг с другом из-за всяких мелочей. Теперь же я буду сражаться, чтобы тебя спасти. Ты знаешь, какая я сильная.

— Моя дорогая девочка, моя Вайолет, если сильная воля может исцелять, то я скоро поправлюсь.

Пока он проходил западное лечение, я пошла за лекарствами к китайским докторам. Я купила огромное количество грибов бессмертия, которыми когда-то лечились императоры.

Верный слабо рассмеялся, когда это услышал.

— Грибы бессмертия? И где теперь все эти императоры?

— Их убили рассерженные жены.

Каждый день к нам приходил китайский доктор с иглами для акупунктуры. Я заставляла Верного практиковать цигун, кормила его свежайшими продуктами, которые выравнивали баланс инь и ян, наняла мастера фэн-шуй, чтобы он избавил дом от беспокойных духов. И неважно было, верила ли я в них сама. Я хотела доказать, что я его люблю и сделаю для него все возможное.