Гера Фотич - Умереть в раю [СИ]

За окном стемнело. Тет несколько раз выходил с Алекс курить. Данила включил наружный свет.

Василий периодически отвлекался от беседы, прислушиваясь к звукам снаружи, стуку пластика — внук возился с конструктором. Затем снова подключался к разговору в качестве молчаливого улыбающегося слушателя. Изредка что-то уточнял у Тета, когда звучали русские слова, и речь заходила, надо понимать, о жизни в России. Но тема эта была грустная. И дамы слушали, скорее, из вежливости. А затем все снова переходили к чему-то веселому и смешному, ему не понятному.

Спустя время Василий заметил, что Николь перестала веселиться и, положив подбородок на сложенные кулачки, грустно глядела на свою подругу.

— Что случилось? — спросил он, заглядывая ей в глаза. Николь обратилась к Тету.

— Рзболлась глова, на устала, — перевел тот, — Хчет отдхнуть. Иди, прводи её.

Николь приподнялась, и Василий выпустил её из-за стола. Улыбнувшись, она помахала присутствующим ладошкой и направилась к выходу. Василий пошел за ней и помог спуститься. Каблучок туфли застрял в прутьях ступеньки на крыльце. Василий присел, пытаясь «выкорчевать» каблучок. Вот он уже у её ног… Короткое платье… Попытка сразу не удалась. Василий расстегнул ремешок, чтобы она могла сойти вниз. Голой ступней коснулась травы. Показала на вторую ногу — дескать, и там расстегни ремешок. Пройтись босиком… В этом что-то есть!..

Ненароком обернувшись, Василий поймал пристальный взгляд внука, прекратившего игру. Звезд на небе видно не было. Низкие облака запирали тепло, идущее от земли, создавая парниковый эффект.

— Взьмите фнарик, — вдогонку крикнул Тет, — А то кде звалитесь по дроге! Здсь улц нет…

Василий не стал возвращаться:

— Как-нибудь дойдем! Взял Николь под локоток, бережно повел к соседнему трейлеру, куда свет уже не доставал. Выпил вроде немного, но духота усилила опьянение. Он старался не качаться. С трудом, но получалось.

Они шли, постепенно покидая полосу света. Молча обходя едва видимые препятствия. Переговариваясь в ночной тишине только звучащим дыханием. Трейлер Алекс ощущался огромным зверем, притаившимся в зарослях. Василий рукой нащупал вход, дернул за ручку. Дверь открылась. Изнутри вырвался нагретый за день воздух.

Николь что-то сказала. Пригласила войти? Василий не стал улыбаться в ответ как раньше, продолжая неподвижно стоять. Подумал — невидимая улыбка сейчас ни к чему. Просто протянул руку. Случайно коснулся её горячего предплечья. Она шагнула навстречу. Он ощутил её тело прямо перед собой — словно сгустилась ночь. Взял за плечи, вдохнул манящий запах женской плоти. Ощутил упругость кожи, не гладкой — атласной, а скорее шершавой, бархатной как у новорожденного. Почувствовал, что ладонь не скользит, а липнет, словно к цветочному нектару, ощущая пальцами мельчайшую пыльцу.

Николь стала что-то тихо говорить, затем шептать. Слова ее были такими же шершавыми, как кожа, цеплялись за Василия, скребли по душе, звали, не проникая в сознание. Словно немая ночь, которую он чувствовал вокруг себя, замкнула их, отгородив от всего на свете. Тонкие упругие руки обвили шею. Казалось — его обнимает темнота, гладит по волосам, касается влажными губами лица, дышит жарко, словно пустыня, баюкающая уставшего путника. И только белки ее глаз, словно отражения далеких лун, манили в неведомые галактики…

Неожиданно Василий увидел свою тень как черный абрис, тянущийся в ореоле пучка света. Резко обернулся. Это был свет фонарика, не дающий что-либо разглядеть. Василий загородился рукой. Свет настойчиво продолжал выделять из темноты его и Николь. Она спряталась за него, прижалась лицом к спине. Василий щутил ее сильное возбуждённое дыхание…

— Тет, не балуйся, погаси фонарь! — спокойно сказал Василий, хотя выходка зятя казалась ему совершенно неуместной. Свет не гас. Послышалось пьяное хихиканье Тета. Внезапная злость охватила Василия.

— Погаси фонарь! — рявкнул он. — Русского языка не понимаешь, дебил! Сделал вид, что собирается пойти навстречу.

Луч погас. Они продолжали стоять с Николь ослепленные, но… стояли и стояли… Пока, вдруг, не начал накрапывать мелкий дождик.

Николь рассмеялась и быстро заскочила в трейлер. Включила свет. Василий последовал за ней. Отряхивая волосы, она показала пальцем на электрический чайник. Василий кивнул.

Когда заканчивали пить чай, появилась «новорожденная» Алекс. Ввалилась, не постучавшись. С мокрыми волосами, торчащими в стороны, как пакля — вылитая Горгона! Застыла в проеме двери, обводя гостей взглядом. Прошла внутрь, достала из буфета еще одну бутылку вина. Вместе со штопором передала Василию.