Китлинский - Клан – моё государство.

– Могилу? Или вы серьёзно?

– А почему нет. От меня не убудет. Вы мне даёте на него, что у вас есть, я – его за глотку, и расходимся в разные стороны.

– Слово сдержите?

– Антонович. Из-за вашей доли я вас не трону.

– Семья как же?

– Что – семья? Там обоснуетесь, вызовете.

– Как?

– Просто. Просите убежище и защиту. Дадут, не бойтесь. А у шефа вашего капиталец немалый, вам вашей доли лет на десять хватит, да ещё в роскоши. И эти янки кое-что подбросят, мемуары начнёте писать.

– О чём?

– Да ни о чём. Секретов у вас нет. Вы внутри страны своих ловили, пишите любую чушь. Лишь бы деньги платили. Вы что, в самом деле глупый или прикидываетесь?

– Думаете – сойдёт?

– Насчёт капитала?

– Да.

– Пара пустяков.

– Там охраны – рота!

– Их снимут, пенсионеру не положено много. Человек пять-шесть оставят, чтобы за ним приглядывали. Они – моя забота. С ними я договорюсь. Решайте.

– В Америку сможете?

– Хоть на полюс. В Бразилию хотите?

– В США.

– Тогда по рукам,- Сашка протянул свою руку. Кириллов в раздумье пожал. – Вот что, компаньон. Я вам сейчас карту дам,- Сашка достал из сапога метровку.

– Это же снимок из космоса,- Кириллов присвистнул.

– В лупу коробки спичечные видно и надписи: "Дети, не играйте с огнём". Но это не снимок – распечатка подробная. Рисуйте, где живёт. В доме бывали?

– Много раз.

– На даче?

– Был, но, наверное, заберут.

– Нет пока. Решили оставить.

– В газете не было.

– Совсем вы, Юрий Антонович, рехнулись. Кто об этом будет писать. Машину разрешили ещё, "Волгу", и пять сотен рублей пенсию.

– Что ещё?

– Всё. Здесь пригороды есть, все дачи. Чьи знаете – указывайте. Особое внимание к дачам больших начальников.

– Мне год писать придётся.

– И это не всё. Друзья, кумовья, родственники. С кем и когда состоял и не состоял. Ту информацию, которая не для требования – на отдельные листы. И на всё вам неделя. После этого я переброшу вас туда. Как трясти начну, вам тут быть ни к чему.

– Я вам всё напишу, вы меня и кокнете?

– Два раза я не предлагаю. Могу дать и пистолет,- Сашка вытащил ТТ, вынул магазин, оттянул затвор, проверяя, есть ли в стволе патрон, и протянул.

– Хорошо,- Кириллов побледнел.- Верю.

– Вот ключ,- Сашка протянул пруток с насечкой.- В следующей комнате холодильник, телек, душ. Но помните – неделя. Гражданские шмотки я вам куплю. Напишите на листке размеры, нечего в форме красоваться.

– А форму куда?

– Барыгам продам. Они в дело пустят.

– Награды тоже?- Кириллов был при орденах.

– Это барахло можете оставить на память. И вот вам плейер с микрофоном, наговаривайте на плёнку характеристики и прочее. Вот кассеты.

– Вы надолго?

– Дня на два. А впрочем – не знаю. Постараюсь завтра зайти. И не вздумайте вылезать. Это я серьёзно. Ну, если только передумаете и захотите на тот свет. Душа человека – потёмки. Всё. Я ушёл.

Сашка вызвал троих стрелков. Бомбить хозяина Кириллова он готовился заранее. И уже даже знал, где тот хранит своё богатство. "Пусть этот пишет. Ему надо. Мне данные, даже косвенные, нужны. Пригодятся. Пока он пишет, я шефа его обберу. И сплавлю этого с его долей в США. Пускай с ним американцы играют. Но прежде я его подробно проинструктирую, что можно им дать, что нет. А то сдуру начнёт там всё подряд валить, у них головы слабые, они от таких подробностей в психушку слягут ненароком. Подброшу и кое-что из сказок, пусть пыхтят",- составил Сашка будущую схему на Кириллова.

Караван подошёл. Сашка сидел на огромном камне.

– Как дорога, Юрий Антонович?

– Долго мне ещё тащиться?- Кириллов приблизился, покачиваясь от усталости.

– Ноги стёрли? Ничего. Это пройдёт,- Сашка протянул сигареты.

– Не хочу,- отказался Кириллов,- и так еле дышу.

– А вы – слабак. Вторую неделю тащитесь. Десять дней вас жду.

– Мне раньше не положено было ходить, подвозили – отвозили, да и возраст.

– Я вас в Москве не спросил. Права водительские у вас были?

– Да, получал. Но старые. Даже не обменивал. Ни к чему было. А что?

– Америка – страна машин. Водить-то хоть умеете?

– Катался когда-то, но своей не имел.

– Корочки вам сделаем, но переучиваться всё равно там придётся. Что вы стоите? Присаживайтесь рядом, вот на шкуры. В ногах правды нет.

– Где мы?- Кириллов сел.

– На другой стороне.

– Это я понял. Ночью стрельбу слышно было, частую.

– Мимо селения шли, там у вождя сын родился. Вот и палили,- ответил Сашка, коротко переговорив с караванщиком.