Китлинский - Клан – моё государство 3.

– Ты, Санька, что ли?- привстал с нар один из мужиков.

– Я, Борисович. Ты спи, отдыхай.

– По-малому схожу и лягу,- пробурчал он и, надев опорки, выскочил наружу. Вернувшись, хлебнул из банки морс, крякнул и спросил, снова укладываясь:- Добрался нормально?

– Нормально.

– А что долго так? Мы тебя раньше неделей ждали.

– Метель утюжила по той стороне.

– Фу, её, нелёгкую,- отмахнулся Борисович.- Не помёрз?

– Не. Успел с перевала сползти вниз.

– А у нас, хоть шаром покати, как в начале октября посыпало так больше ни гу-гу. Следов не кроет. Хреново.

– Видел,- ответил Сашка.

– Может она за тобой окаянная притащится?

– Пять дней до метели.

– Дай Бог,- Борисович улёгся.- Сань, с прибытием тебя и шуруди, не бойся. Мне не помешает, а Панфутия, так его чёрт, пока он спит, уносит.

– Годится,- Сашка стал натягивать свои лёгкие, на войлочном ходу унты, шитые из тонкой выделки оленьих лапок с внутренними из беличьего меха носками-торбами. В них он бегал зимой на лыжах. Накинул куртку, натянул плотной вязки шерстяную шапочку и, сдвинув кастрюли обратно на край печи, вышел. Было два часа дня, но солнце висело низко над горизонтом, маленьким красным пятном, совсем не грело и на него можно было смотреть без боязни испортить глаза. Оно напоминало одиноко висящий уличный фонарь, и только полоска светлого горизонта говорила о том, что это солнце, хотя тени ночи лежали основательно, а на другой стороне небосклона давно властвовали звёзды. Такую картину можно увидеть только в этих северо-восточных широтах и только в горах. По основательно утоптанной тропинке он пошёл к шахте.

Тропа змеилась по горе и исчезала в зёве портала. Рядом чернела порода, которую ссыпали по откосу, которой набралось много, и она лежала непокрытая снегом. "Хоть аппарат по искусственному производству снега сюда тащи,- с сарказмом подумал Сашка.- Смех да и только. Климат, что ль, меняется. Вон дед Павел говорит, что ещё не было такого года на его памяти, что бы к этому времени полметра снега насыпало. И это здесь, где за зиму среднегодовая норма – десять метров. Так куда тащить снеговую пушку? Сюда. На Север. А не притащишь, так придётся по всей округе с метёлками бегать и мешком, чтобы укрыть эту чёрную плешь. Её ведь сучку со спутника без лупы видно. Вот с орбиты космонавты усекут, они мужики глазастые, и власть мигом прикроет мою богадельню с хорошей затеей. Хоть бери водой её побрызгай, замаскируй под ледник, но обязательно спрячь". С этими невесёлыми думами Сашка вошёл в шахту, проследовал портальным коридором и, откинув брезент, вышел в просторную залу, которая была высотой четыре метра и шириной в десять. Длина составляла около сорока. Тут были установлены дробилки, сепараторы, дизель-электростанции, и тут же располагался механический цех, включавший станочный парк и кузню.

– Привет! Homo шахтёрикус,- заорал сквозь грохот работающего оборудования Сашка мужикам, стоящим возле вагонетки и внимательно рассматривающим очередную партию вытянутой из забоя породы. Он подошёл и, взяв камень, вгляделся.

– По что обижаешь, Александр?- спросил его Матвеич Бурмыка.

– На что обиделся,- Сашка бросил кусок породы обратно в вагонетку.- На шахтёрикуса, что ль?

– Конечно. Другого что, нормального обращения нет?

– Так я сам, Матвеич, такой же шахтёрикус, что ж тут обидного. На господ мы не тянем. Товарищи все разбежались. Остались только товарищи у министров да президентов, а нам с рождения волк друг закадычный или пёс лесной. Так что братва не дуйтесь,- обратился Сашка ко всем присутствующим.- А если кому-то обидно от слов моих стало, что ж, обратно я их не возьму. Я на выходе посмотрел, теперь тут, по образцам представленным вижу: дерьмо тянете исключительное. Коль нас тут "системка" застукает, даже определить не сможет, что мы извлекали, так вы лихо замаскировались.

– Так это, Сань,- стал оправдываться Матвеич.- Как тут доставать, если единого мнения нет, в какую сторону наклонную тянуть штольню. И под каким градусом. Мы переругались совсем. Тело-то рудное петляет. Прожилки есть, много, если карьер соорудить лучшего содержания не придумать, а как тут главную жилу отыскать, как её нащупать? Она ведь сучка-дрючка не в песках, в граните.

– Сань, ты это,- Проня потянул Сашку за рукав куртки.- Глянь. Мы с Ваносику составили прогнозную карту по образцам бурильных стержней, но Матвеич вот упёрся.

Сашка молча глянул на Проню, выдернул руку и, снимая на ходу куртку, пошёл к штреку. Вообще-то это был не штрек, это была крысиная нора, диаметром меньше метра, по которой можно было перемещаться только на карачках, и по которому катали вагонетку оснащённую колёсами с резиновыми ободьями. Тянули с помощью лебёдки. В качестве вагонеток использовали двухсотлитровые бочки из-под соляра. Сашка достал из кармана два брезентовых рукава, натянул их на колени и, включив фонарик, полез в дыру.