Китлинский - Клан – моё государство 3.

– Сам допёр про микроэлемент или вычитал где?

– Это Ваносику нам поведал. Я краем уха раньше слышал и представлял, не с Луны ведь, кое-чему учён, но он своими данными меня потряс до глубины. Он научную работу по этой теме готовит. Собрал материалы по всему миру, даже из Антарктиды у него есть с материковой части и из под ледяного купола. Он сказал, что лет через пятьдесят все будут ходить в противогазах.

– Ну, это уж дудки,- Сашка засмеялся.- Пусть на своих островах в них ходят. Они в Токио, кстати, уже пользуются, там такой жуткий смог, что люди сознание теряют на улицах. Мы, дай Бог, здесь ещё чистым лет пятьсот подышим.

– Сань, это правда, что сине-зеленые водоросли не подвержены влиянию радиации?

– Тоже япошка поведал?

– Да.

– Это правда. Живут преспокойненько там, где живому не место. В наглухо запаянном сосуде держатся полсотни лет. Некоторые учёные считают, что они имеют внеземное происхождение. Жёсткие космические излучения их тоже не берут. Можно считать, что это и есть Господь-создатель, ибо, если верить, что они из космоса, то они древнее Солнечной системы. Что это означает, тебе говорить не стану, ты геолог, тебе видней.

– Значит, если и есть Вселенский разум, то он сине-зеленым дедушка.

– С их родословной мне познакомиться не довелось. Но есть одноклеточные гады, которые живут в условиях ещё более страшных, чем сине-зелёные водоросли. Даже в горной породе они суки есть. Но у них главное питание – железо. Не кислород, а железо. Всё остальное, как у всего живого в наличии: генный код и прочее. Они железом дышат. Причём, переварив его, оставляют после себя магнетик. Как тебе? Вот Курская магнитная аномалия – есть место их активного в прошлом обитания. Всё, двигаем,- Сашка встал на карачки и полез к выходу.

– Поехали,- устремляясь вслед Сашке, прохрипел Семёнович.- Мы не они, если привалит – пяти минут не вытянем.

Вылезли в зал. Встретил Проня, которому от аппаратуры было ближе, чем остальным от сепараторов и мельниц.

– Саш,- предложил Проня.- Может укрепим проход, а то когда ты лез землетрясение было силой в четыре балла по Рихтеру. Ощутил?

– Домкрат с собой бери, если жмётся,- отрезал Сашка.- И вообще… Это что?- он вывалил обломки породы, собранные по пути из штольни, они высыпались из бочек-вагонеток.- Нельзя крышки приделать, чтобы не сыпалось?

– Можно,- опешил Проня.

– Так делай. Для того тут и поставился,- крикнул ему Сашка. Проня сам напросился сюда, хоть согласие получил от Сашки не сразу.

– Склепаем в момент,- Проня понял, что Сашка не в настроении и помчался клепать момент.

Полчаса Сашка бродил возле мельниц и сепараторов, рассматривал смеси, хмурился, что-то бормотал себе под нос. В конце обхода забрал со стола карту проходки и, не сказав никому ни слова, ушёл из шахты. Все бросились к Семёновичу.

– Что, Семёнович?- выпытывал Проня, как лицо заинтересованное. Матвеич смотрел вопросительно, но молча.

– Вырвать надо вам языки обоим. Просмотрели вы, и я за ваши бредни сплошал, старый пень. Мимо мы прошли. Он отметил там, чтобы слепым было видно. Можете слазить, коль не лень. Это лучше теперь сделать, чем потом.

– А где?- спросил Проня.

– На семьдесят шестом метре отсюда,- Семёнович ткнул в чёрную дыру.

– Так я и знал!- вымолвил Матвеич.

– А мы, почему не усекли?- не отставал Проня.

– Потому что пыль. А тряпочку мокрую с собой лень было таскать, чтобы проявить. Даже плюнуть и растереть и то никто не удосужился. Ох, позору!- Семёнович в сердцах сплюнул на пол.- А он притащил и всю, как в операционной протёр. Во!!!

– Лысый я мудак,- запричитал Матвеич.- Вот так, Пронька, друг мой ситный. Верь потом вашим фуникулёрам. Любой химический состав они видят?

– Так что случилось-то? Я не могу понять?- Проня замотал головой.

– Прострелили не туда,- ответил ему Семёнович.- Зря пупки рвали.

– Ох, рак клешнявый,- Матвеич захватил фонарь и собрался лезть, чтобы самому убедиться.

– Поссать сходи,- предупредил его Семёнович.- А то от позора там обсикаешься,- но тот махнул рукой и исчез в дыре.

В плохом настроении Сашка вернулся в домик, бросил карту проходки на свои нары и стал готовить ужин. К семи часам встали старички.

– Здоров был, Ляксандр,- сказал Панфутий, не видевший Сашку по приезду.

– Здоров, здоров,- ответил Сашка.

– Опять мне моя старуха приснилась. И чего она ко мне повадилась? Всё приходит и приходит,- не то себе самому, не то Сашке с Борисовичем пробурчал он.