СЁХЭЙ ООКА - ОГНИ НА РАВНИНЕ

– О человечине? – переспросил парень и мечтательно уставился в небо. – Да, – продолжил он, помолчав, – считай, что шутили. Так будет лучше для тебя. Но послушай, я расскажу тебе кое-что поинтереснее. Это случилось, когда нас вышибли из Буны. Ну и в передрягу же мы попали! Почище, чем сейчас! И вот в один прекрасный день мы наткнулись на молодого солдата с жутким ранением в грудь. Он сумел доползти до дороги и лежал на обочине, медленно умирая. Завидев нас, парень, как в бреду, закричал: «Убейте его, убейте! Он предатель! Убейте его!» Мы, естественно, понятия не имели, о ком шла речь, но из бессвязного рассказа умирающего все-таки поняли, что предателем оказался его командир. Эти двое, спасаясь бегством от врага, продирались через дебри острова. И тут командир взвода надумал сдаться в плен и решил уговорить своего подчиненного сделать то же самое. А солдат и слышать об этом не желал. Тогда командир хладнокровно продырявил парня и дальше уже поперся один. Вот сволочь, а? В голове не укладывается, что он мог подстрелить мальчишку только за то, что тот не хотел сдаться америкашкам. Ты что-нибудь понимаешь?

– Нет.

– У нас тогда крутые парни подобрались. Один к одному. Правда, некоторые командиры сущим дерьмом оказались… Так вот…

– Да?

– Ну, понимаешь, я не хочу сказать, что наш командир взвода такой же мерзкий тип, как остальные, но я до сих пор не представляю, что у них, у этих командиров, сержантов, офицеров, в башке творится. Короче, надо держаться от них подальше. Я-то рядовой, часть своего взвода, и с этим уже ничего нельзя поделать, но ты же свободен, волен идти куда глаза глядят, так ведь? Да, конечно: в одиночестве не очень-то сладко бродить по джунглям. Но я на твоем месте ни за что не променял бы одиночество на компанию таких плохих парней, как мы.

– Понимаю.

– Точно понимаешь? – заглянул он мне в глаза, когда мы медленно поплелись обратно. – Не забудь, что я тебе сказал. И перестань нам в рот смотреть!

Сержант, прищурившись, наблюдал за нами.

– О чем это вы там шушукались? – поинтересовался он. – Планируете сдаться в плен, да? Ну что ж, не упустите свой шанс! Потом будет поздно: в Паломпоне америкашек вы не увидите… Смотрите, смотрите! Вон они едут! Какие бравые ребята, а?

По тракту промчался джип, на его борту красовалась надпись: «Походный капеллан». Из окна джипа высовывался маленький пожилой человечек в форме защитного цвета. Он нервозно крутил во все стороны головой.

– Эй ты! – вдруг рявкнул сержант.

Я обернулся. Дуло его винтовки было направлено мне прямо в грудь.

– Ты что, решил, что можешь просто так взять и слинять отсюда, гад несчастный?! Врешь – не уйдешь! Ты уже один раз наплевал на службу, на присягу. Но теперь я прослежу за тем, чтобы ты обязательно добрался до Паломпона. Надо будет – волоком тебя туда поволоку… Сам, лично! Сантиметр за сантиметром! Давай, давай, готовься! И нечего мне тут такие рожи корчить! – добавил он, ухмыляясь.

Дождь лил и лил не переставая. Над болотами густели туманы. Сумерки медленно опустились на землю, в сизой мгле исчезли пик Канквипот, огромные акации и лес на горизонте. Вскоре непроглядная чернота затопила окрестности. Движение на ормокском тракте прекратилось. И словно по сигналу, из настороженной темноты выполз звук – это тяжелые тела заскользили вниз по мокрому склону в ночном шепоте и шуршании джунглей.

Мне почудилось, что сержант зашевелился.

– Сейчас будем пересекать дорогу, командир? – спросил я.

– Заткнись, идиот несчастный! – зашипел кто-то поблизости. – Еще одно слово, и я мозги из тебя вышибу.

Неожиданно я поскользнулся, плюхнулся на землю и ногами вперед съехал по склону. Пребольно стукнулся о ствол дерева, а под конец запутался в густых кустах. Еще несколько мгновений назад вокруг меня все время что-то свистело, хлюпало, стонало, теперь же я будто провалился в тишину – ничего не видел, не слышал, даже не знал, есть ли кто рядом со мной.

Все застыло в безмолвной неподвижности. Меня обуял ужас. Я решил, что по каким-то причинам массовый переход через дорогу не состоялся и лишь я один очутился на краю болота. Вдруг впереди раздался шум. Я затаил дыхание. Мне показалось, что где-то позвякивают штык и котелок. Словно повинуясь приказу, мое тело дернулось с места. Я наступил на травянистую кочку, и сразу что-то зажурчало, захлюпало. По моим босым ногам заструилась вода, я начал медленно проваливаться в зыбкую глубь. Сделав еще один шаг, вновь попал на кочку и погрузился в тину на полметра – началось настоящее болото.