Евгений Ничипурук - Сны сирен

– Ну здорово… что хоть догадался… помогай давай… – зашипел Лоскут и протянул мне руку.

Я схватился за грязную ладонь и стал тянуть его из бетона. Дело это было непростое. Я тащил изо всех сил, упираясь ногами в пол, пока наконец Лоскут не поднялся настолько, что смог опереться коленом. Вторая рука его была по-прежнему глубоко в бетоне. Лоскут закричал:

– Тяни сильнее!

И я стал тянуть сильнее. Он же отталкивался коленом от пола, и мы почти вытянули его вторую руку.

– Что там у тебя? – спросил я.

– А ты как думаешь? – сказал Лоскут и хитро подмигнул. – У нее кошмар.

Я вдруг понял, что Лоскут говорит о тебе, и у меня мигом появились прямо-таки сверхчеловеческие силы. Я превратился в супермена и, сосредоточившись, одним рывком извлек из пола перепачканного Лоскута в разорванной одежде и тебя. Выглядела ты нормально, ни пылинки. Однако в глазах твоих застыл ужас.

– Что случилось? Что произошло?! – закричал я тебе в ухо.

– Не знаю… Я никогда ничего подобного не видела. Это не описать… Все так сложно… Но это было ужасно. – Ты заплакала у меня на плече. – Мне кажется, эти игры нас убьют.

– Брось. Мы переживем многих и многих… Лоскут, что с ней случилось?

– Думаю, банальный bad trip. Она задержалась и попала в нехороший пузырь. А стимуляторы только усилили восприятие, и она увидела жесткий кошмар. Из тех, что рвут сердце и сознание, а потом толком не можешь вспомнить, что тебе приснилось. Ничего, пройдет. Малость отдышимся и полетим дальше. Надо спешить. Мало времени. Кстати, а как ты нас нашел?

– Ну… у меня сначала тоже было что-то вроде bаd trip^, а потом я встретил Сикарту… Помнишь странного персонажа из сна? Индонезийца. Он мне сказал какие-то грустные вещи, и я захотел увидеть ее… Вот и оказался неподалеку. А к вам меня привел мой пес.

– Твой пес? Странно… Спрайты – субъекты сна – не помогают сновидящим. Они просто участвуют в сне. Я, кстати, не знал, что у тебя есть пес.

– Был. Шесть лет назад он умер. Он мне часто снится…

– Умерший пес… Странно вдвойне. Умершие, конечно, наблюдают здесь за нами, но им запрещено вмешиваться.

– Кем запрещено?

– Откуда я знаю! Теми же, кто не хочет, чтобы мы узнавали слишком многое. Теми, кто, наверное, придумал все это – и реал, и сны… Богом. Или ангелами. Или инопланетянами. В том-то все и дело: никто понятия не имеет, что на самом деле представляет собой наш мир! И все, что знает человечество, – лишь ничтожные доли одного процента от того, что есть на самом деле. Но НЕКТО не особо горит желанием, чтобы мы знали больше… В общем, это бесконечная тема. Но лучше искать, а не рассуждать на тему. Тогда, может, мы узнаем чуть больше… Ладно, пора идти. А где твоя собака, кстати?

Я посмотрел по сторонам. Норд исчез.

– Ушел, – пожал я плечами. – Но что-то мне подсказывает – мы его еще встретим.

Я поднял тебя за руки. Ты сразу же обняла меня.

– Это просто кошмар. Тебе надо было проснуться.

– Тогда бы я окончательно отстала от вас…

– Да ну, пусть… Мы бы тут с Лоскутом справились. Ладно, надо спешить. Ты в порядке?

– Да. Почти…

Лоскут предложил взяться крепко за руки и взлететь. Когда люди только начинают практиковать осознанные сновидения, чаще всего они используют эти возможности для того, чтобы летать во сне. Многие вообще дальше этого не идут, и отчасти правильно делают. Для них ОС – это просто легкий фан, без всяких последствий. Летать во сне нереально круто. Даже если ты боишься высоты и полетов наяву, во сне все эти страхи отступают, и ты чувствуешь такую эйфорию, что… что словами не описать. Сильнейшее впечатление. Когда мы взлетели, все твои тревоги и переживания ушли на задний план. Очень быстро мы оказались выше облаков и полетели навстречу низкому солнцу, касаясь верхних слоев густого белого пара. Твои губы расплылись в блаженной улыбке. Я улыбался тебе в ответ. Мы неслись на огромной высоте и, по идее, должны были слышать оглушительный свист в ушах, ощущать дикий холод. Но никакого дискомфорта я не испытывал. Я просто наслаждался пронизывающим меня насквозь чувством свободы…

Лоскут подал сигнал, и мы стали снижаться. Аккуратно и беззвучно, держась за руки, спланировали сквозь густой туман и оказались на цветущем сочными красками, залитом солнцем лугу. Я не удержался и повалился в траву. Окружающее было донельзя реально. Цветы источали аромат, а трава немного колола спину. Только тут я вдруг понял: это тот самый луг, что привиделся мне когда-то. А значит, мы где-то рядом со стеклянной стеной.