Джей Эшер - Волшебный свет

Папа похлопывает Калеба по плечу и удаляется, а я готова умереть от унижения. Мы недолго болтаем в конторе, а потом я провожаю Калеба к фургону. Он открывает водительскую дверь, но прежде чем сесть в машину, кивает на плакат с приглашением на парад, тот самый, который я вешала, когда мы впервые встретились.

— Парад завтра вечером, — говорит он. — Я пойду с ребятами. Ты тоже должна там побывать.

Должна побывать? Хочется поддразнить его: вот трусишка, не решается договориться со мной о встрече на месте.

— Я подумаю, — отвечаю я.

Он уезжает, а я возвращаюсь в контору, глядя себе под ноги и улыбаясь. На полпути папа преграждает мне путь.

— Сьерра… — Папа знает, что я не хочу слышать то, что он мне сейчас скажет, но он все равно это скажет, выбора у меня нет. — Калеб — хороший парень, я не сомневаюсь, но, пожалуйста, подумай, прежде чем начинать с кем-то сейчас встречаться. Ты занята, а потом мы уедем, и…

— Я ни с кем не собираюсь встречаться, — отрезаю я. — Мы просто подружились, пап. Не говори ерунды.

Он смеется и делает глоток из термоса.

— Верни-ка мне мою маленькую капризную принцессу!

— Я никогда не была маленькой капризной принцессой.

— Шутишь, что ли? — спрашивает он. — Когда мама Хизер брала вас на парад, ты надевала свое самое красивое платье и говорила всем, что ты — Снежная королева.

— Вот именно! — отвечаю я. — Королева. А не принцесса. Такой уж вы меня воспитали.

Папа отвешивает поклон, как и положено в присутствии особы королевской крови. Затем он направляется к трейлеру, а я иду в контору. Там, облокотившись о прилавок, стоит Эндрю.

Встаю за кассу и отодвигаю в сторону папины рабочие перчатки.

— О чем это вы там с Калебом разговаривали?

— Заметил, что он частенько стал здесь появляться, — отвечает Эндрю.

Я складываю руки на груди.

— И что?

Эндрю качает головой.

— Ты небось считаешь его классным парнем, потому что он бедным елки покупает? Но ты его совсем не знаешь.

Мне хочется поспорить, что Эндрю тоже его совсем не знает , но, по правде говоря, ему наверняка известно больше моего. Может, я просто дура, что до сих пор не спросила Калеба обо всех этих слухах?

— Если твой отец не хочет, чтобы ты встречалась с рабочими, — заявляет Эндрю, — с Калебом он тебе точно встречаться не разрешит.

— А ну хватит! — выпаливаю я. — Это не твое дело.

Он опускает взгляд.

— В прошлом году я сглупил. Оставил на стекле эту дурацкую записку, когда надо было с тобой просто поговорить.

— Эндрю, — тихо отвечаю я, — ни мой отец, ни Калеб тут ни при чем. Давай не будем усложнять ситуацию, ведь мы работаем вместе?

Он смотрит на меня, и его лицо мрачнеет.

— Не связывайся с Калебом. Глупо даже думать, что вы с ним можете быть друзьями. Он не тот, за кого себя выдает. Не будь…

— Кем? — Я прищуриваюсь. Только попробуй назвать меня дурой — и папа в мгновение ока тебя уволит!

Эндрю осекается, резко поворачивается и уходит.

Вечером, перед парадом, мы едем в центр города с Хизер и Девоном. Мама Хизер входит в комитет устроителей парада; и она умоляла нас приехать пораньше. Как только мы подходим к голубому навесу с надписью «Регистрация», она протягивает каждому из нас пакетик с лентами и папку, в которой нужно отмечать пришедших. Большинство групп уже здесь, но каждый год в параде участвуют новые организации, которые все время забывают зарегистрироваться. Наша задача — выследить их и внести в списки участников.

— Серьезно? Мы правда должны этим заниматься? — негодует Девон, глядя на Хизер.

— Да, дорогой. Эта честь выпадает всем моим бойфрендам. Но если тебе не нравится… — Она кивает на проходящих мимо людей.

Но брошенный вызов его не пугает. Он целует ее в щеку.

— Ради тебя — что угодно. — Отстраняясь, он посматривает на меня с легкой усмешкой, он прекрасно знает, что иногда его поведение ее бесит.

— Прежде чем искать, — говорит Хизер, — давайте возьмем кофе. На улице холодина.

Мы протискиваемся сквозь шумную толпу бойскаутов и примерно через полквартала находим кафе. Хизер отправляет Девона за кофе, а мы ждем снаружи.

— Ты должна ему признаться, — говорю я. — Чем дольше это продолжается, тем хуже вам обоим.

Она запрокидывает голову и вздыхает.

— Знаю. Но он должен хорошо закончить семестр. Не хочу, чтобы наш разрыв отвлек его от учебы.

— Хизер…

— Я ужасная. Знаю! Знаю. — Она смотрит на меня, но потом переводит взгляд на что-то за моей спиной. — Кстати, если уж говорить о признаниях, которые давно пора сделать, я, кажется, вижу Калеба.