Игорь Ефимов - Седьмая жена

Новая серия воплей, похожая на гундосые крики дельфинов, понеслась по черным волнам.

Ингрид рухнула на колени рядом с Антоном.

– Умоляю! Довольно! Что ты хочешь?! Я все сделаю… Подлец, обманщик, втируша… Чего ты добиваешься?…

Вопли сменились сдавленными рыданиями.

– В трюм! – скомандовал Пабло-Педро. – Ступай в трюм и выноси термос. Только без фокусов.

Ингрид вскочила на ноги, исчезла в машинном отделении и через минуту появилась обратно, неся в руках красный, тикающий снаряд.

– Открой крышку! Капитан, она там не жульничает?… Играет честно?

– Я вижу какие-то стрелки! – крикнул Антон.

– Так. Значит – то самое. Кидай за борт!

Хитроумный сосуд, наполненный горячим тринитротолуоловым напитком, с бульканьем ушел на дно Финского залива.

Зашумел мотор. Мотобот выплыл из темноты, начал осторожно приближаться. Теперь можно было различить силуэт Пабло-Педро, державшего в одной руке руль, в другой – туго намотанный пучок кукольных волос. Жертва его лежала навзничь, на резиновом дне, колени ее слабо взбрыкивали.

– Отпирай наручники!.. Нет, начинай с капитана. Так… Теперь все отойдите от Рональда… Рональд, вытяни руку с часами… А ты, курва, ты стань к нему спиной… И зажми его руку между ног… Оседлай ее… Так будет надежнее… Если какая несчастная случайность – сама понимаешь, без чего останешься… Теперь расстегни браслет… Сняла?… Кидай за борт… Пусть балтийские селедки поживут по швейцарскому времени… И сама – туда же!

– Как?

– Ты слышала, что я сказал!

– Но мне нужно надеть купальник…

– Обойдешься.

– И я очень плохо плаваю…

– Самое время получиться. Долго я буду ждать?

Пабло-Педро выпустил руль, схватил плоскогубцы, и новый вопль резанул глубокий ночной воздух.

– Я сейчас, сейчас… Гудрун, не надо… Вот… Я уже…

Она перелезла через бортовые перила и в нерешительности зависла над загадочной невинно-гладкой водой. Антон, не в силах вмешаться, прижимал к себе ошеломленную Меладу, поглаживал ее по вздрагивающей спине. Рональд с благодарным изумлением рассматривал под фонарем возвращенную ему руку.

– Подождите! – сказала Линь Чжан. – Так нельзя. Получается как-то не по-людски.

Она подошла к Ингрид, всмотрелась в ее искаженное, заплаканное, наконец-то ожившее лицо и вдруг, подпрыгнув, влепила ей оглушительную пощечину. Та с воплем рухнула в воду.

Пабло-Педро захохотал, ущипнул свою жертву последний раз, подцепил ее под колени и с плеском вывалил через борт мотобота.

Две головы закачались на краю освещенного кольца, испуская английские жалобы, немецкие угрозы, русскую брань. Двигаясь как автомат, как робот, подчиняющийся только священным морским законам, Рональд подошел к перилам, снял спасательный круг и швырнул его в сторону утопающих. Те быстро-быстро добултыхались до него, ухватились за веревки, развернулись и поплыли прочь 6 т безжалостных, неблагодарных, непредсказуемых рабов мировой филателии. Две пары пластмассовых пяток вспенили воду и вскоре исчезли в ночи.

На «Вавилонии» пировали.

Два красных огня, подвешенные один над другим на мачте, слали всем проходящим судам сигнал о том, что экипаж не в силах продолжать плаванье в эту ночь, что он должен, должен прийти в себя после перенесенных испытаний.

Пабло-Педро сидел во главе стола, снисходительно принимал тосты и восхваления, прятал усмешку за стаканом вина.

– Выпьем за жестокость! – разглагольствовал захмелевший Рональд. – За цинизм, за лицемерие, за закон джунглей. За все, что нам уже не по силам… Завтра мы протрезвеем и снова отвернемся от этого человека. Мы назовем его палачом, двойным обманщиком, хитрым лицедеем. Поглаживая спасенные им руки, ноги и шеи, мы будем говорить, что ничего общего с ним не имеем. Что решительно осуждаем его бесчеловечные методы самообороны. Но сегодня… Под покровом ночи… Твое здоровье, морской разбойник! Живи сто лет, пират с плоскогубцами!..

Стаканы и рюмки опять потянулись в сторону героя. Что там еще осталось в холодильнике? Коробка ветчины, банка соленых огурцов, персиковый компот, копченые устрицы? Всё на стол! Не оставляйте ничего, пировать так пировать! Завтра в Хельсинки закупим гору жратвы, море выпивки! И двинем в неведомые дебри Перевернутой страны. Но сегодня…

– Все же мне кажется, мы должны предупредить финские власти, – говорила улыбающаяся, обложенная подушками Мелада. – Эти психопатки могут быть очень опасны. По крайней мере, я хотела бы позвонить в наше посольство… Справедливость требует, чтобы мы…