Рафаэль Мухамадеев - Про-писи венеролога

— Вот, доктор, и мне не повезло. Никто не верит! Может, тяпнем ее? — показал посетитель глазами на бутылку. — Может, и повезло. На вас попал. Вы тоже верите! Психушку не вызовете и в милицию не сдадите?

— Не сдам! — подтвердил док. — Давай, рассказывай!

— Это случилось три дня назад. Ночью.

Сплю я спокойно дома. Мы на седьмом этаже живем, на улице Российской, в спальном районе. Вдруг просыпаюсь от беспокойства, возни какой-то.

Жена рядом спит, мирно посапывает. В ус не дует! Мужик ее, можно сказать, пропадает, а она спит! Они такие, бабы! Сам знаешь!

Рядом люди обступили, как в операционной, смотрят пристально. Не люди, а существа какие-то, человекообразные. Лиц я не видел!

Лежу ни жив ни мертв. Сердце в пятки ушло. Ничего понять не могу. Снится это мне или я проснулся уже? Пошевелиться от страха не могу! Слабость непонятная.

А эти существа в светящихся одеждах внимательно меня осматривают, что-то между собой обсуждают. Потом говорят:

— Протяни ладонь!

— Говорят?

— Не вслух, конечно, а как-то телепатически приказывают мне руку протянуть. Я послушно ладонь протягиваю, как во сне. Про себя думаю, сейчас проснусь окончательно. Догадки строю. Может, ангелы, надеюсь. Один из них в мою ладонь шарик какой-то светящийся вложил.

Пока я шарик с изумлением разглядывал, стараясь понять, что за хреновина, они исчезли! А шарик на ладони остался. Крутится, как юла! Сам пустой внутри, а оболочка светло-голубая.

Потом жжение почувствовал, руку отдернул и шарик исчез!

Тяжесть отпустила. Окончательно проснулся. Надо, думаю, сон не позабыть, жене наутро рассказать. Она, конечно, спит как спала. Никто ничего ей в руку не вкладывал. Счастливый народ бабы!

Она во всякие приметы верит. Истолковывает. Надеюсь, это благая весть, что хорошее событие произойдет.

Пошел на кухню покурить. Свет включил. Чувствую, ладонь чешется. Зудит маленько. Беспокоит, одним словом. Посмотрел. Мать честная! А там вот что! — с этими словами он бесцеремонно сунул свою руку под нос доктору.

В самом центре ладони отчетливо виднелся правильной формы круг примерно пяти сантиметров в диаметре с шириной кромки 1,5–2 мм, глубиной 0,3 мм, цвета старого фарфора. След поверхностного эпидермального ожога, без каких-либо признаков воспаления. Как будто отпечаток кромки перевернутого хрустального бокала от шампанского.

— А вы ничем не могли обжечь? — прошептал пораженный доктор и с опаской потрогал пальцем очаг поражения. — Никогда такого не видел.

— Исключено!

— Что-нибудь беспокоит сейчас? Ощущаете что-либо?

— Ничего не чувствую. Да он исчезает день ото дня.

— Общее самочувствие не изменилось? Температуру измеряли, суставы не болят? Может, в творческом плане что-то изменилось? Вот, в карте написано, вы ведь художник? Не вдохновляет написать что-нибудь этакое, грандиозное?

— Слава богу, ничего не изменилось. Пока! А написать выдающееся произведение всякому настоящему художнику хочется!

— Я тоже так думаю, слава богу, что ничего не изменилось!

Только давайте я ничего в амбулаторной карте записывать не буду. Как будто вы совсем не приходили! Меня начальство не поймет. Скажут, совсем на почве НЛО рюхнулся!

Я же не могу написать: «Ожог (комбустио) первой степени ладонной поверхности правой кисти, по-видимому, инопланетного происхождения.

Рекомендации: увлажняющие средства, наблюдение дерматолога по месту жительства».

Давай наливай! Что ты тянешь?

Согласитесь, чужая рассеянность сначала часто вызывает смех, потом раздражает и, в конце концов, может довести до бешенства, даже без укуса. К счастью, в случае с моим родственником этот маленький грех до большого не довел. Чуть-чуть!

Говорят, грешники в юности — праведники в старости. Именно это и произошло с моим любимым дядькой. Он состарился. Да вы его наверняка знаете. В каждом миллионном городишке есть всем известная личность, обращающая на себя удивленное внимание окружающих. «Дедушка не травушка, не старится без славушки». Наверное, в другой обстановке или иную историческую эпоху именно такие люди вдруг становятся пророками, вождями, прорицателями, низвергателями основ или вершителями судеб, но чаще пациентами психиатрических лечебниц.