Рафаэль Мухамадеев - Про-писи венеролога

Милейший приложил чуткую ладонь к проступившим на коже отечным правильно округлой формы без четких границ ярко-розовым разнокалиберным пятнам и попросил лупу. Надавил кожу пальцем. Отпустил. Вглядевшись сквозь увеличительное стекло в очаги поражения, наконец, воскликнул:

— Так я и думал! — тщательно вытер ладошки, услужливо поданной спиртовой салфеткой и поблескивая стеклышками очков, вынес вердикт, обернувшись к коллегам: — Herpes Zoster, ипташлар [3] пер. с татар. — товарищи. ! Распорядитесь назначить противовирусную терапию, — испепеляющим взглядом расстрелял заведующего отделением.

— Зря, наверное, деточки, мы эту бабочку червеобразного органа лишили. Приносим извинения! — гипнотически заглянул в глаза пострадавшей, не допуская никаких возражений с ее стороны. — Старались как лучше. Просто у вас порог болевой чувствительности низкий. А типичные герпетические высыпания в продромальном периоде на момент операции еще не проявились. Это так называемая обезглавленная форма заболевания damble, — произнес он по-французски с легким татарским акцентом, — обусловленного реактивацией герпес-вируса 3-го типа — Varicella Zoster. У детей он вызывает ветряную оспу, а у взрослых — опоясывающий лишай. Аппендицит же промедления не терпит! Ради вашего блага старались. Как лучше хотели! «Сомнительное лекарство лучше, чем никакое», — торжественно процитировал он Корнелия Цельса. — Оперативно сработали. В прямом смысле, — пошутил профессор. — Но хорошо, — он назидательно воздел к небу палец, — что дальше не порезали. Кстати, коллеги, прекрасно выполненная операция. Молодцы! Замечательно. Спасибо!

Он легонько похлопал по животу ойкнувшую пациентку и сделал выжидательную паузу…

— Спасибо! — повторила Валентина Сергеевна с проступившими на глазах слезами благодарности.

— Вот и хорошо, — легко поднялся профессор и, воодушевляясь, по преподавательской привычке, словно в клинической аудитории продолжил: — позвольте вам напомнить, коллеги, еще одну очень интересную атипичную форму болезни. «Герпес без герпеса». Характеризуется выраженным болевым синдромом, но без каких-либо клинических проявлений. То есть без таких, — указал он на округлый живот пострадавшей, — типичных, сгруппированных по ходу нервных окончаний эритематозно-везикулезных высыпаний, которые мы и наблюдаем у нашей барышни. По своему жестокому болевому синдрому герпес зостер может имитировать инфаркт миокарда, почечную или желчную колику и ряд других состояний…

Слушая удаляющийся пчелиный гул голосов, Валентина Сергеевна закрыла глаза, проваливаясь в блаженную дремоту. «Какой прекрасный человек, — благодарно подумала она. — Как мой Борька! Все-таки у нас самая лучшая медицина в мире!»

А если кто-то считает, что я этот случай выдумал или чуток приврал, спросите у Рафочкина, он подтвердит.

Я еще и не то могу рассказать! Если попросите. Например, как широкие кондиломы вместо геморроя удаляли. Или твердый шанкр. Да-да, на «согрешившем органе». Подчистую!

Давно это было, а как вчера. Другие времена — другие нравы. Но все может повториться.

Однажды ожидающие в очереди посетители увидели, как дверь врачебного кабинета № 16 внезапно распахнулась наружу под напором дряблой задницы сгорбленной старушки, шамкавшей слова благодарности:

— Сшпашиба, отец родной, сшпашиба, дохтор! Ваши сшлова Богу в уши! — она низко поклонилась и размашисто перекрестилась. Закрыла за собой дверь, обвела очередь пациентов подслеповатыми глазенками и громко выругалась:

— Сщука!

— Нешто не вылечил? — как черт из табакерки, подскочила сердобольная одного поля с ней ягодка.

— Грибох-то? Сштоб он сдох! Заморил. А вот тряшучку не вылечил. Сщука!

— Ах, ты! Погляди, целых три штучки намотала? Какой только заразы не бывает? Гляди-кась.

— Да не три штучки, а тряшучку. Глухня старая. Вот смотри, как руки тряшутся.

— А! Так тебе к нервному доктору надо. Он руками занимается.

Следующим из кабинета выплыл полный господин в английских туфлях Barker ручной работы, в золотых очках и с вызывающе торчащим клоком белоснежной рубашки из незастегнутой ширинки.

— Черт знает что такое! Фирма же гарантировала! — возмущенно разговаривал сам с собой. — А если и сам Азамат Салаватович подцепил эту заразу? — медленно осмысливая весь ужас произошедшего. — А?! Что теперь будет? — грозно потребовал он ответа у примолкнувшей очереди. — Я вас спрашиваю?!