Пол Теру - Отель «Гонолулу»

В воде возле рифа образовалась взвесь из песчинок, свет в ней причудливо преломлялся и искажался. Скелетообразный, сверху плоский риф, похожий на мертвую выветрившуюся скалу, был словно мышиной шкуркой покрыт густым наростом водорослей. Глен трижды нырнул, как можно глубже, но ничего не разглядел, даже не увидел дна. Потом его внимание привлекли желтые отростки коралла: интересная форма, хотя, конечно, к ключам они не имели никакого отношения. Однако, подплыв поближе, он разглядел под скоплением коралловых отростков и этот чертов брелок. Глен снова нырнул, убедился, что брелок для ключей зацепился за колючие шипы коралла, и с нескольких попыток высвободил его звенья. Уже задыхаясь, рванулся наверх, взмахнул руками, что есть силы оттолкнулся и при этом почувствовал, как что-то острое царапнуло по ноге. Добравшись до берега, Глен убедился, что действительно оцарапался, но гораздо больше его возмутил найденный брелок — без ключей!

— Я сказал: «брелок для ключей», я же не говорил: «с ключами», — занудно оправдывался мальчишка с эдакой скукой и даже неудовольствием на лице: взрослый, но глупый дядя совершенно несправедливо к нему придирается.

— Ладно, где детектор?

— Его взял ваш брат.

— Что? Нет у меня никаких братьев! — И Глен, не удержавшись, непристойно выругался.

Когда Алиса вернулась, Скуби-Ду все еще кипел от ярости и бормотал проклятия, но жена утешила его: он правильно поступил, согласившись помочь. Мальчик не виноват, что, пока он плавал, какой-то негодяй унес его прибор. В полиции Глена выслушали не без сочувствия, но не слишком обнадежили: пропажу вряд ли удастся вернуть. Они повторили то, что уже говорила Алиса. Бывает и хуже. Глен не возражал, он готов был согласиться. Действительно, бывает и хуже.

— Дурацкий брелок, точь-в-точь как у Бретта, с динозавром из «Макдоналдса».

— С велоцераптором, папа! — уточнил Бретт. Все эти малявки так педантичны.

Через несколько дней ссадина на ноге у Глена воспалилась. Она не болела. «Так, щиплет малость». Глен мазал ее неоспорином, привезенным из дому. На Гавайях ведь как дело обстоит? Тот же тюбик неоспорина обошелся бы ему здесь вдвое дороже. Неделю спустя кожа вокруг раны напоминала кожуру гниющего фрукта, у Глена началась лихорадка. Он принял изрядную дозу аспирина, температура упала, однако ногу разнесло.

— Моя медицинская страховка здесь не действует, — сказал он жене, когда та заговорила о визите к врачу.

Дела шли все хуже. Глен не мог на ногу ступить. Температура снова подскочила. Нехотя он отправился в больницу, страшась расходов. Его спросили, имеется ли у него аллергия на антибиотики, он отвечал «нет», и ему вкатили огромную дозу лекарства, вызвавшего дурноту, рвоту и какую-то кожную болезнь. По всему телу шкура отслаивалась, оставляя крупные оспины. Потом попробовали другие методы лечения. Оглушенный болеутоляющими, пациент плохо понимал, что с ним делают, во все вникала Алиса. Инфекция распространялась, стопа уже стала лиловой — явная гангрена. Он лежал на больничной койке, затравленный зверь в ловушке, над его беспомощным телом принимали и отвергали различные решения. «Придется оперировать». Ногу отрезали выше колена. «Считайте, вам повезло: вы остались в живых».

Через месяц он вернулся в Сент-Луис. Вместо двух недель отпуска Глен пробыл у нас шесть. Его ввезли в самолет в инвалидном кресле — как обычно, ввозили первым, вывозили последним, перекрывая все движение. Уже в самолете он заметил, что у Бретта с пояса не свисает брелок с динозавром. У него не хватило духу спросить, потерял ли сын цепочку, жалеет ли о ней.

Хозяин магазина, где работал Скуби-Ду, был само сочувствие: «Да, не повезло». Пробормотав слова утешения, он перешел к очевидному факту: продавец в обувном отделе постоянно находится на ногах, а когда помогает покупателю примерить ботинки, становится перед ним на колени. Глену исполнилось сорок, сынишке еще расти и расти. Босс предложил Глену взять продолжительный отпуск, без содержания, разумеется. «Вы могли бы попытаться оформить пенсию». Глен сказал, что ему сделают протез — все равно что новую ногу. Но магазин торговал преимущественно спорттоварами. «Деревянная нога вызовет совершенно ненужные нам ассоциации».

Глен вспыхнул, и бывший хозяин поспешил извиниться, но и вернувшись домой, бедняга все вспоминал это выражение: «деревянная нога». Оно не давало ему покоя. А ведь новая нога была отнюдь не из дерева, а из металла и пластика, она даже сгибалась, на нее был надет новенький ботинок. Глен опробовал ее — сперва на костылях.