Александр Матюхин - Целующие солнце

В июле я поступил на дизайнерские курсы. Спустя два месяца я ехал на велосипеде по узкой улочке, изнывая от жары и держа в одной руке банку колы, и на меня из-за поворота вылетел лихой гонщик на тонированной «семерке». Я чудом ничего себе не сломал, но велосипед разлетелся в хлам, а автомобиль, сбивший меня, скрылся за следующим поворотом. Радуясь тому, что черный пакет с гей-журналами остался цел, я поднял его и пешком отправился в интим-магазин, который находился в трех кварталах от места происшествия.

Падая с велосипеда, я разодрал себе кисть левой руки до крови, разбил бровь и порвал на коленке джинсы.

В магазине я застал молоденькую продавщицу Любу, студентку медицинского, которая обожала немецкую порнографию и солировала в одной панк-группе. Увидев мою разбитую бровь и руку, она пришла в дикий восторг и пообещала за минуту вернуть меня к жизни. Правда, йода поблизости не нашлось, и Люба, оставив мне на попечение магазин, убежала в аптеку.

По магазину скользила вечная прохлада, полумрак скрывал лица. Между стеклянных витрин бродило несколько человек. Я положил пакет на прилавок, обернулся, пытаясь охватить взглядом весь зал. У витрин с огромными резиновыми пенисами сидела на корточках девушка. Ее лицо, охваченное голубоватым светом витрины, выражало бурную смесь восторга, удивления и испуга. Казалось, девушка так увлечена созерцанием мужских достоинств размерами от 22 до 27 сантиметров, что случись на улице ядерная война, она бы не заметила разрушений. Возбужденный недавней аварией, наполненный адреналином от злости потери велосипеда и боли, я перекинул всю заполнившую меня энергию на эту девушку.

А, может быть, черт дернул за язык.

— Я б посоветовал вон тот, двадцатишестисантиметровый, — громко сказал я, обращая внимание не только девушки, а и всех остальных. Лица из полумрака смущенно зыркали на меня глазами. За год работы в интим-магазине я уже давно усвоил, что заведения подобного рода похожи на библиотеки. Главное здесь — тишина. И еще по возможности не мешать другим посетителям. Поэтому звуки моего возбужденного голоса, казалось, разорвали интимную атмосферу, раздавили в прах тишину.

Девушка повернулась, нашла меня взглядом и поднялась с корточек.

— А вы консультант? — поинтересовалась она, стремительно нанося ответный удар, разрушив мою наглость полным отсутствием смущения, легкой наивностью в голосе и невинным, кристально чистым взглядом.

Устоять было трудно, почти невозможно. Словно вышибли из-под ног табуретку, а шею затянуло тугой петлей.

— Консультант, — отозвался я, выдержав удар ее глаз, — могу подсказать, показать, еще что-нибудь, если хотите.

В уголках ее губ зародилась та легкая улыбка, которая означает, что правила игры понятны и такому наглому молодому человеку, как мне, следует опасаться следующего удара.

— А если захочу?

— Тогда покажу.

— С удовольствием. Показывайте.

— Прямо здесь? — уточнил я, улыбаясь от дуэльного возбуждения.

— А вас что-то смущает? Вы же консультант, обязаны рассказать о товаре, показать его сильные и слабые стороны, утаить недостатки и выпятить достоинства.

— Мы говорим об одном и том же?

— Видимо, да.

Девушка подошла ближе. Локоны ее густых пепельных волос, завиваясь кольцами, падали на глаза. В эти глаза я готов был прыгнуть и утонуть в их сиянии, словно котенок.

Мы замолчали одновременно, и тишина робко окутала пространство вокруг, отвоевывая потерянные позиции. Но пространство между нами ей заполнить не удалось.

— Мне на подарок нужен член, — сказала девушка едва слышно, выталкивая каждое слово с непередаваемым смаком, словно собиралась облечь сказанное в форму и тут же применить на практике.

— Большой? — тоже шепотом спросил я.

Ее взгляд скользнул по моей разбитой брови, по окровавленному запястью и рваным джинсам. Девушка заулыбалась еще шире.

— А вы как думаете? Это же подарок.

— Тут смотря кому.

— Одной очень хорошей подруге. У нее проблемы с парнем.

— Серьезные?

— Не такие, как вы думаете. Подруга еще девственница, и у них с парнем ничего не получается.

— Тогда проще купить смазку или…

— Ей не больно, а страшно. Вы когда-нибудь боялись боли до такой степени, до той непреодолимой грани, когда мышцы становятся каменными?

— Один раз, — ответил я, подумав.

В этот момент чудовищно не вовремя появилась Люба с йодом и связкой. Она торопилась меня вылечить. Она разрушила тишину и энергетику, которая захлестнула нас с девушкой и мгновение назад наполнила воздух между нами искрящейся пылью.