Бапси Сидхва - Огнепоклонники

Роковая ошибка Джербану заключалась в том, что, увлекшись, она приписала заслугу в создании семейной идиллии одному Пивовале. Этого Сунамаи не могла снести. Она тонко дала понять, что очень много делает для зятя и что, строго говоря, этих прекрасных отношений в семье добилась именно она.

Джербану не поняла намека.

Сунамаи, раздосадованная непонятливостью подруги и ее болтовней, взяла себе привычку давать ей советы со значением. Разве не они, не женщины, умудренные жизнью, должны положительно влиять на мужчин? Мужчина устает на работе, приходит домой раздраженный, и тут очень-очень важны знаки внимания, пускай даже мелкие. Например, она, Сунамаи, всегда сама готовит Пивовале завтрак, вечером растирает ему спину, подает ему чай в постель, если видит, что он не в духе, не спорит с ним… Джербану, конечно, следует проявлять больше такта… Почему бы ей тоже не попробовать оказывать Фредди маленькие знаки внимания, которые так нравятся мужчинам? Готовить его любимые блюда, проявлять к нему особое уважение, ставить его выше дочери и выше себя… В конце концов, семью же кормит он…

И тут до Джербану дошло, что имеет в виду ее подружка. Это ее, Джербану, обвиняют в плохом отношении к Фредди!

Этого она не могла снести:

— Значит, я должна плясать под дудочку этого мерзавца?

— Почему бы нет? Был бы только в семье покой, — ответила Сунамаи.

— Если тебе нравится, ты и будь приживалкой в доме собственной дочери. Твое дело. Я-то ни за что не стану кривить душой! — провозгласила Джербану, любуясь своей неколебимой нравственностью.

После этого обе сидели в тягостном молчании, пока Фредди не отвез тещу домой. С тех пор они не разговаривали.

Сразу после обеда Путли стала наряжать детей в гости.

Фредди великодушно наполнил опустевший бокал Джербану, которая и так уже клевала носом. Посмотрел на часы. Девять минут второго.

— Мы готовы! — возвестила Путли, выводя детей на лестницу. — А ты, мама, ложись, пока за столом не заснула.

— Умираю хочу спать, — зевнула Джербану.

— Ну что ты о смерти в праздничный день, — нежно упрекнула Путли.

Фредди покрылся гусиной кожей. Ведьма, а не старуха! Неужели чует? Он провел ладонью по затылку, чтобы избавиться от ощущения гусеницы, заползшей под рубаху, и встал из-за стола.

— Спускайтесь, я вас догоню, — сказал он Путли. Она повела детей вниз, в тонгу.

Фредди вымыл руки, аккуратно завязал тесемки на куртке, позвал мальчика-слугу и спустился с ним по лестнице. Вдвоем они подняли картонные коробки и установили их в тонге.

— Обещал, что сегодня доставлю, — объяснил он Путли.

Мальчишка вспрыгнул на коробки. Двое младших сели впереди, рядом с отцом. Путли, уютно устроившая на руках младенца, и старшая дочь, Хатокси, расположились сзади. Лошадь махнула хвостом, щекотнув лица детей. Те обрадованно завизжали. Фредди наклонился, расправил лошадиный хвост.

Ветерок освежал, обдавал запахом цветов, которые цвели во всем Лахоре. Через четверть часа тонга остановилась перед пивоваловскими воротами. Дети сразу побежали играть в сад, а Джунглевалов провели в гостиную, где за большим круглым карточным столом уже сидело довольно много народу. Фредди и Путли встретили с шумом, еще более шумно задвигали стульями, высвобождая для них места за столом. Фредди усадил Путли, а сам стал позади и, легонько опираясь ладонями о ее плечи, объявил:

— А я скоро к вам присоединюсь. Товар нужно доставить. Ящики у меня в тонге.

— Ах, да брось ты! — вознегодовал Пивовала, подталкивая Фредди к стулу. — Садись. Кто это работает по воскресеньям? Что будут говорить все эти падре в школе Святого Антония, если узнают, что ты работаешь в день Воскресенья? Возьмут и выгонят твоих детей из школы!

Гости засмеялись. Фредди, смеясь, выскользнул из рук приятеля.

— Я скоро! — пообещал он.

Фредди отправился прямо в арендованный склад и сгрузил там коробки. Потом поехал к дому. На улицах было пустовато. Фредди оставил двуколку в двух кварталах от поворота в свой проулок. Дальше он пошел пешком. В проулке не было ни души. Вставив ключ в скважину, он бесшумно отпер дверь и проскользнул в дом. Насколько он мог судить, никто его не видел.

На все остальное у Фредди были отведены доли секунды. Он столько раз репетировал каждое движение, что теперь выполнял все механически.

С полки под лестницей он достал две галлонные жестянки керосина, резиновые перчатки и промасленный халат. Ловко подвернув рукава, натянул перчатки, надел халат. Отвернул пробки, облил керосином кипу старых газет. Осторожно разбрызгал керосин по упаковочным ящикам и джутовым мешкам. Запасы спирта и дешевого рома должны были довершить дело.