Евгения Кайдалова - Ребенок

Еще только половина второго, а ноги у меня уже дрожат от усталости. Две секунды я перевожу дух, а затем, как по команде, трогаюсь в путь. Мне кажется, что я бреду походкой каторжанина, которого гонят на сибирские рудники.

В принципе я могла бы никуда не ходить, а поставить коляску возле дома и посидеть рядом с ней. Но долго ли я просижу без движения при нулевой температуре и довольно ощутимом ветре? Холод и без того начинает пробирать меня в наказание за неразумный выбор одежды.

Пока не появился ребенок, я не придавала погоде никакого значения. Конечно, я радовалась солнцу и морщилась от дождика, но погода не была для меня суровым повелителем, во власти которого я обязана находиться не менее трех часов в день и который карает за любые промашки. Слишком легкое пальто, непододетый свитер, отсутствие шерстяных колготок – и прогулка превращается в ад. Не менее тяжело париться в полном обмундировании, если вдруг становится теплее. С самого утра я смотрю за окно с опаской, прикидывая, какие испытания ждут меня сегодня.

Гулять мне по большому счету негде. Сначала я везу коляску дворами, затем выруливаю на более-менее опрятную улицу, идущую вдоль здания школы. Летом здесь было относительно зелено, но сейчас вся зелень превратилась в мокрую пожухшую массу под ногами, и меня не окружает ничего, кроме бесконечных, однообразных зданий. Хоть бы раз эта архитектурная серость была нарушена милым старинным особнячком или церквушкой! Если бы безликие коробки зданий потеснил уютный сквер! Но в районе заводских труб этого ждать не приходится, и пейзаж моих прогулок неизменно уныл.

Вместе с унынием в пути за коляской меня сопровождает постоянная тревога. Ведь прогулки – это единственное время, когда я могу хоть немного подумать, а ход моих мыслей предугадать легко: что со мной будет через несколько месяцев, когда отложенные деньги подойдут к концу? Я прокручиваю в голове все мыслимые и немыслимые варианты развития событий и через полтора часа подруливаю к дому, изнемогая от безвыходности своего положения и закоченев от ледяного ветра.

А ребенок весь во власти сна – свежий воздух убаюкивает надолго. Свежий воздух? Лучше и не представлять себе, какой смесью выхлопных газов и заводских дымов он дышит в этом промышленном районе Москвы. Слава Богу, что сейчас, осенью, прохлада и ветер не дают нам в полной мере прочувствовать всю повисшую в атмосфере копоть… Нет, я не в состоянии думать о том, в какую атмосферу я погрузила ребенка, иначе груз моей вины перед ним станет просто непосильным.

Кстати, о непосильных грузах: если вы думаете, что поднять коляску с ребенком на второй этаж – это бытовая мелочь, то советую интереса ради хоть раз так помелочиться. Я готова даже предоставить ноу-хау. Технология следующая: вы изо всех сил (а сил у вас в этом эксперименте должно быть очень мало!) давите вниз на ручку коляски, и передние колеса поднимаются ступеньки на три вверх. Едва они коснутся края ступеньки, вы тут же начинаете толкать ручку коляски в противоположном направлении, стремясь к тому, чтобы верхние колеса вкатились на свою ступеньку подальше, а нижние, наоборот, снялись со своей и тоже переместились на ступеньку вверх. Извращаясь таким образом, вам нужно преодолеть четыре ступеньки перед входной дверью, одной рукой развернуть коляску вправо, а другой – открыть дверь влево, продолжая действовать одной рукой, перекатить коляску через порог и затем пропрыгать восемь ступенек до первого этажа и два раза по десять до второго. Имейте в виду, что на последнем пролете лестницы ребенок уже проснется и вкатывать коляску в квартиру вам придется в лихорадочной спешке под аккомпанемент его голодного поскрипывания. Будьте готовы разорваться между необходимостью чистить коляску и необходимостью кормить ребенка. С горечью проследите, как на свежевымытом полу (весь труд насмарку!) остались черные полосы от колес. Теперь, когда ваши руки трясутся от усталости, а в душе девятым валом встала ненависть к неустроенному быту, вы вполне готовы кормить ребенка. Только не забудьте отдать ему «весь запас любви и нежности, который переполняет вас в эти минуты»!

Вторую половину дня мне лучше опустить, иначе экскурсия превратится для вас в то, чем реально была тогда моя жизнь, – в бег по замкнутому кругу. Накормить, подмыть, перепеленать, застирать, одеть, вытолкать вместе с коляской на улицу… Непроглядный быт, отупляющая рутина, вечная измотанность – такой жизни я не пожелаю никому. Господа экскурсанты, пройдемте сразу в вечер!