Джулиан Барнс - Одна история

Начинаешь замечать, что временами она не то чтобы под мухой, но как-то расфокусирована. Не лицом, а рассудком. А поутру случайно видишь, как она глотает таблетку.

– Голова болит?

– Нет, – отвечает она.

У нее бывает такое настроение: прозрачное, без тени жалости к себе, но какое-то подавленное – у тебя от этого рвется сердце. Она подходит, садится на краешек кровати.

– Я сходила к врачу. Объяснила ситуацию. Сказала, что у меня депрессия. И он прописал мне таблетки для поднятия тонуса.

– Жаль, что они тебе понадобились. Наверное, я не оправдываю твоих ожиданий.

– Ты здесь ни при чем, Пол. Не наговаривай на себя. Думаю, мое состояние можно… отрегулировать, и все наладится.

– А ты рассказала врачу, что в последнее время много пьешь?

– Он не спрашивал.

– Это не значит, что надо умалчивать.

– Мы ведь не будем из-за этого ссориться, правда?

– Нет. Ссориться мы не будем. Никогда.

– Значит, все наладится. Вот увидишь.

Потом, когда вспоминаешь этот разговор, до тебя доходит (кстати, впервые): Сьюзен есть что терять – и поболее, чем тебе. Намного более. Ты оставляешь за плечами прошлое – и в основном без сожаления. Ты верил, и сейчас твердо веришь, что любовь превыше всего, что она перевешивает все остальное, что все встанет на свои места – нужно только разобраться с нынешними неурядицами. Но до тебя доходит, что у нее за плечами остается кое-что очень непростое – взять хотя бы ее отношения с Гордоном Маклаудом. Раньше ты думал, что от жизни можно аккуратно отсечь какие-то куски – без боли, без осложнений. До тебя доходит, что в Деревне она и раньше существовала в изоляции, а ваш побег и вовсе оставил ее в полном одиночестве.

А значит, ты должен окружить ее удвоенной заботой. Нужно миновать опасный участок дороги – и обзор станет четче, лучше. Она в это верит – поверь и ты.

При подъезде к Деревне выбираешь кружной путь, чтобы не проезжать мимо родительского дома.

– А Сьюзен где? – спрашивает Джоан, отворяя дверь.

– Я приехал один.

– Она в курсе?

Приятно, что Джоан всегда зрит в корень. Тебе не вредно получить в физиономию ведро холодной воды, прежде чем устроиться перед запотевшим графином джина комнатной температуры.

– Нет.

– Стало быть, дело серьезное. Минутку, пустолаек моих запру.

Опускаешься в пропахшее псиной кресло, а тебе уже налито. Пока ты собираешься с мыслями, Джоан начинает:

– Пункт первый. Посредничать между вами я не буду. Все сказанное тобой останется в этих стенах – утечки не будет. Пункт второй. Я вам не мозгоправ и не советчица. Сдается мне, человек должен сам решать такие проблемы: прекратил ныть, засучил рукава – и вперед, а я чужие сетования выслушивать не люблю. Пункт третий. Я – старая швабра, живу одна со своими пустолайками. Ни в одной области я не авторитет. Даже в области кроссвордов, как ты сам заметил.

– Но вы же любите Сьюзен?

– Еще бы. Как там наша дорогая девочка?

– Она слишком много пьет.

– Слишком много – это сколько?

– В ее случае – сколько бы ни было.

– Может, ты и прав.

– И подсела на антидепрессанты.

– Ну, через это мы все прошли, – говорит Джоан. – Эскулапы прописывают их, словно карамельки. Особенно дамочкам бальзаковского возраста. И что, помогает ей?

– Не могу сказать. Она ходит словно одурманенная. Но не так, как от спиртного.

– Как же, как же, помню.

– Ну?

– Что «ну»?

– Как мне быть?

– Пол, голубчик, тебе же сказано: я вам не советчица. Всю жизнь прислушивалась к своим советам – и вот результат. С меня довольно.

Ты киваешь. И ничуть не удивляешься.

– Один совет все же могу дать…

– Какой?

– Выпей то, что тебе налито.

Ты подчиняешься.

– Ладно, – говоришь ей. – Советов не жду. Но… может, я чего-то не знаю? Может, вы расскажете мне что-нибудь о Сьюзен или о нас со Сьюзен, чтобы открыть мне глаза?

– Я тебе так скажу: если все пойдет наперекосяк, ты, скорее всего, выкарабкаешься, а она, скорее всего, нет.

Ты потрясен.

– Это как-то не по-доброму.

– Доброта – не по моей части. Правда доброй не бывает, Пол. Жизнь тебе это докажет.

– Уже доказала, и не слабо.

– Может, оно и к лучшему. – Тебе словно влепили пощечину. – Заканчивай, Пол. Ты же не для того сюда заявился, чтобы припасть к моей груди и послушать сказочку про фею в саду.

– Верно. Просто поделитесь своими соображениями. Сьюзен постоянно мотается к Маклауду. Видимо, чаще, чем мне известно.