Джеффри Арчер - Дети судьбы

— Спасибо, — поблагодарил Нат. — Джимми, вы помните, перед тем как мы начали дело о слиянии с Фэйрчайлдом, я вас попросил найти самого лучшего корпоративного юриста, который будет нас представлять?

— Да, помню, — ответил Джимми. — И вы всегда говорили, что Логан Фицджеральд превосходно справился с делом.

— Безусловно, — подтвердил Нат. — Но теперь найдите мне Логана Фицджеральда по уголовному праву.

— У меня на примете два или три адвоката. Один — в Чикаго, он — человек совершенно исключительный, но я не знаю, свободен ли он сейчас.

В этот момент к ним подошёл начальник полиции.

— Мистер Картрайт, может быть, вы хотите, чтобы кто-нибудь из моих ребят отвёз вас домой?

— Очень любезно с вашей стороны, — сказал Том. — Но я сам отвезу кандидата домой.

— Ты теперь автоматически говоришь «кандидат», — заметил Нат, — как будто меня так зовут.

По пути домой Нат рассказал Тому всё, что произошло в доме Эллиота.

— В конце концов, здесь — твоё слово против её, — заметил Том, припарковывая машину перед домом Ната.

— Да, и боюсь, мой рассказ будет менее убедительным, чем её, хотя всё это — чистая правда.

— Мы поговорим об этом утром. А теперь попытайся уснуть.

— Уже утро, — сказал Нат, увидев на лужайке первые лучи солнца.

Су Лин стояла в дверях.

— Они хоть на мгновение поверили? — спросила она.

Нат сообщил ей, что произошло в полицейском участке, и когда он закончил, Су Лин произнесла:

— Как жаль…

— Что ты имеешь в виду? — спросил Нат.

— Что не ты его убил.

Нат поднялся по лестнице и через спальню прошёл в ванную. Он снял костюм и запихал его в мешок, чтобы ничто не напоминало ему об этом ужасном дне. Затем встал под прохладный душ. Переодевшись, пошёл к жене на кухню. На буфете лежало расписание его поездок в день голосования; там не было никакого упоминания о том, что ему надлежит явиться в суд.

Том приехал в девять часов. Он сообщил, что голосование идёт оживлённо, как будто в жизни Ната ничего не случилось.

— Сразу после телевизионного интервью, — сообщил Том, — был сделан опрос общественного мнения, и, согласно ему, ты лидируешь со счётом 63 против 37.

— Это было ещё до того, как я был арестован за убийство другого кандидата, — заметил Нат.

— Я думаю, если бы люди узнали о твоём аресте, счёт был бы 70 против 30, — ответил Том.

Никто не засмеялся.

Том делал всё возможное, чтобы сосредоточиться на кампании и отвлечь их мысли от Льюка, но безуспешно. Он посмотрел на кухонные часы.

— Пора ехать, — обратился он к Нату.

— Я еду с вами, — заявила Су Лин. — Может быть, Нат его и не убил, но я бы убила, будь у меня хоть какая-нибудь возможность.

— Я тоже, — сказал Том. — Но позвольте мне предупредить вас, что когда мы приедем в суд, это будет журналистская сенсация. Так что, Нат, прими вид невиновного человека и ничего не говори, потому что всё, что ты скажешь, появится на первых страницах газет.

Начальник полиции предвидел, что произойдёт, и отрядил двадцать полисменов сдерживать толпу и освободить проход, чтобы Нат и те, кто с ним приехали, могли беспрепятственно войти в здание суда. Однако двадцати полисменов было недостаточно, чтобы сдержать напор журналистов и фотографов, которые кричали и толкались. Нату под нос сунули несколько микрофонов, и со всех сторон посыпались вопросы.

— Вы убили Ралфа Эллиота? — спросил один репортёр.

— Снимете ли вы свою кандидатуру? — крикнул другой.

— Была ли ваша мать проституткой, миссис Картрайт?

— Вы всё ещё думаете, что выиграете выборы, Нат?

— Была ли Ребекка Эллиот вашей любовницей?

— Каковы были последние слова Эллиота, мистер Картрайт?

Когда они протиснулись через вращающуюся дверь, Джимми Гейтс провёл Ната к скамье перед залом суда и объяснил ему предстоящую процедуру.

— Вас попросят назвать своё имя, и когда вы это сделаете, вам предъявят обвинение, а потом спросят, признаёте ли вы себя виновным. Когда вы скажете «невиновен», я попрошу выпустить вас под залог. Штат предложил пятьдесят тысяч долларов и подписку о невыезде, и я на это согласился. Подписав необходимые бумаги, вы будете освобождены, и вам не нужно будет являться в суд до того времени, как будет назначена дата суда.

— Когда, по-вашему, это может быть?

— Обычно это занимает месяцев шесть, но я попросил ускорить дело в связи с предстоящими выборами.

Нату понравился профессиональный подход его адвоката, учитывая, что Джимми — близкий друг Флетчера Давенпорта. Однако, как всякий хороший юрист, Джимми должен был знать, что бывают непреодолимые барьеры.