Бен Хетч - Всюду третий лишний

Сейчас я в своем номере в отеле. Карлос и Доминик вернулись после десяти часов вечера. Доминик, однако, все-таки постучалась в дверь моего номера. Карлос все еще пребывал в безразличии, а я лишь, стараясь говорить как можно короче, упрекнул Доминик за то, что она не попрощалась со мной должным образом. От этой последней ночи с ними я ожидал большего.

Мы смотрели «Шоу Трумэна», – сказала она.

– Хммм.

– Мы почти час добирались обратно. Все водители автобусов смотрели футбол.

Я ничего не сказал в ответ.

– Ты собираешься спать?

– Да.

– Как жаль, что мы так поздно приехали. А ты сколько-нибудь выиграл?

– Нет.

Кит!

Я волнуюсь. Твой отец тоже ничего не получил от тебя. Кстати, ему нужна твоя мерка.

Через три дня после ухода Люси я пошел к Никки Олдбридж. Это была наша первая и последняя встреча после школы. На пороге Никки поцеловала меня в щеку. У нее были длинные волосы, такие же, как и тогда, когда мы сидели рядом в кабинете географии. Не знаю почему – ведь я в течение многих месяцев с огромным нетерпением ждал этой нашей встречи, – сейчас, когда она наконец состоялась, я не чувствовал уже прежнего влечения и не мог объяснить причину этого. На полу в кухне были разбросаны яркие пластмассовые игрушки. На стенах висели три фотопортрета – на одном дитя, завернутое в одеяльце; на другом то же самое дитя с пляжным мячом; на третьем то же самое дитя в больничной палате.

Дочь Никки, Дженнифер, возилась на диване в гостиной. У нее были белые волосы и зеленые глаза. Когда я вошел, она указала на меня пухлым пальчиком. Я сел в кресло, стоящее перед телевизором, а Никки растянулась на диване рядом с дочерью и время от времени теребила Дженнифер, поднимала ее на вытянутых руках и гудела, делая «самолетик». Внезапно Дженнифер отползла от Никки, встала на ножки и, сделав несколько неуклюжих шажков, медленно, как надувная игрушка, из которой выпала затычка, опустилась на пол.

– Ведь только что перед этим она могла сделать три шага, а сейчас сделала уже пять, – сказала Никки.

Я начал было размышлять, доброе ли это предзнаменование, хотя меня раздражало то, что Никки не уделяет мне всего внимания. Ведь многие месяцы мы жили ожиданием этой встречи, а во время нашей беседы Никки все время смотрела на ребенка, то и дело подавая реплики типа «Не суй туда руки» или «Дженнифер, не подходи к лестнице».

– Ты не привык общаться с детьми, да? – спросила Никки, когда через полчаса мы шли в магазин игрушек. – Я, читая твои электронные письма, решила, что ты более ловко обращаешься с малышами.

Это ее замечание настолько утвердило меня в понимании того, что я абсолютный профан в отношениях с детьми, что все мои реплики, обращенные к Дженнифер в магазине, казались мне глупыми и избитыми.

– Дженнифер, как тебе нравится эта горочка для катанья? А как она блестит и сверкает. А эти собачки – разве не подходящая компания для нее? Мой племянник все время играет с такими собачками. А эта складная картинка тоже очень неплохая, и, должно быть, ее легко складывать.

Никки ходила по секции для детей до двух лет, выбирая игрушки для дочери и бросая на меня косые взгляды, а я, видя это и чувствуя то, что чувствует она, пытался мобилизовать весь свой энтузиазм. Мне удалось убедить Никки купить для Дженнифер красную пожарную машину с открывающейся дверцей, которую девочке понравилось открывать и закрывать.

– Какая великолепная машина, ты только посмотри, какая она маневренная. Мне нравятся переднеприводные автомобили, да у нее и крышка бензобака совсем как настоящая. А эти маленькие игрушки, разве они плохие?

Никки повернула голову в мою сторону и посмотрела на меня в упор долгим взглядом.

– Не притворяйся, что тебе это очень нравится. Ты жалеешь, что пришел сюда, разве не так?

После того, как мы выбрали несколько игрушек, Дженнифер закапризничала, а потом расплакалась, и ее слезы и сопливый носик пришлось старательно вытирать цветастым платочком. Никки подошла к расчетному узлу, чтобы расплатиться, оставив девочку со мной. Нас разделяло примерно двадцать ярдов, и я не мог отделаться от мысли, что это была своего рода проверка. Когда Ники в машине сказала, что я не привык иметь дела с детьми, я попытался изо всех сил обрушиться на людей, которые играют с детьми исключительно ради того, чтобы показать другим, как ловко они управляются с ними. Видимо, Никки подумала: «Возможно, у него не получается общаться с детьми, когда рядом еще кто-то, а как он управится с ребенком, если останется с ним один на один?» Вот это и должна была показать затеянная ею проверка. Она еще до этого сказала, что Дженнифер устала, но когда под конец она соскользнула с коня-качалки и, слегка коснувшись головкой о стремя, заплакала, я не сомневался, что Никки обвинит в этом меня.