Шон Макбрайд - Зелень. Трава. Благодать.

Внутри затхло, но прибрано. Окна закрыты и зашторены, кондиционер включен на полную, свет идет только от экрана телевизора. Арчи сидит в кресле носом в экран, где, тоже сидя в креслах, правда с подушечками, спорят о чем-то пышноволосые политики.

— Йоу, — приветствует он меня, не отрываясь от ящика.

— Йоу, — отзываюсь я. — Ну что, готов, красавец?

— Красавец? Тебе зеркало принести? — огрызается он.

— Да это я тебя красавцем назвал, а не себя. Все равно шутка, — говорю я и подмигиваю миссис О’Дрейн, которая сидит на краешке дивана, уставившись себе на руки. До аварии они с Сесилией были близкими подругами. Бывало, летом часто сидели на веранде на перилах, о чем-то между собой шептались и много смеялись. Теперь они изредка просто шепчутся, не смеются, да и то по большей части у дверей О’Дрейнов, когда Сесилия приходит за Арчи или, наоборот, привозит его домой.

— Что? Ты что-то сказал? — виновато переспрашивает миссис О’Дрейн.

— Да нет, это я Арчи, — говорю я. — Мама просила, чтобы он непременно взял с собой костюм.

В ответ ноль реакции.

— Ему правда стоит надеть костюм, — повторяю я, обращаясь уже непосредственно к ней.

— Что? А, хорошо. Сейчас принесу. — С этими словами она, нервно поеживаясь под струей холодного воздуха, свистящей из кондиционера, идет к креслу, на котором валяется костюм в полиэтиленовом пакете.

— Не буду это надевать, — надувается Арчи.

Она оставляет костюм и возвращается к себе на диван, садится. Тут самое время мне прийти на помощь.

— Нет, будешь, — говорю ему я.

— Нет, не буду.

— Нет, будешь.

— Нет, не буду.

— Нет, не будешь.

— И не надейся, на такое не поймаешь, — говорит Арчи. — Я тоже «Багза Банни» смотрел.

— Даже если я стану тебя умолять? — спрашиваю я.

— Тогда возможно. Можешь начинать, — говорит он.

Я падаю перед ним на колени.

— Арчи, пожалуйста, будь так добр, надень костюмчик. Я люблю тебя и хочу от тебя ребенка. Ты выйдешь за меня замуж?

Арчи смеется:

— Ну вот, уже двое Тухи просят меня выйти за них замуж.

— Сес предлагала тебе на ней жениться? — спрашиваю я.

— Вроде того, только Сес ведь не предлагает. Она мне приказывает, — сетует он.

— Сам виноват, тряпка, — говорю я ему, все еще стоя на коленях лицом к лицу с ним.

— Ммм, ну ладно, я готов, Генри.

— Круто, — говорю я. — Выдвигаемся.

Я быстро хватаю костюм с кресла, в надежде успеть убраться восвояси до того, как покажется мистер О’Дрейн. Опоздал, бля. Он уже спускается по лестнице. Маленький, щуплый чувак, пять футов и шесть дюймов ростом и весом от силы сорок фунтов: темные усы, волосы с аккуратным пробором посередине, которые стали абсолютно седыми уже через неделю после аварии. До смерти Мэган он был крупной шишкой в профсоюзе кровельщиков. Частенько мелькал в новостях во время забастовок — неизменно в очень стильных костюмах — и говорил всегда без надрыва, но по делу. Теперь он носит исключительно синие боксерские шорты и белые футболки, заикается и мало что соображает.

— Пппприввет, Ссстивен, — говорит он мне.

— Это Генри, пап, — поправляет его Арчи.

— Все ппппоппппрежнему в фффффутббббол игггграешь? — отрешенно спрашивает мистер О’Дрейн.

— Это Генри Тухи, пап. Генри. Скажи ему, мам. Мам? Мам!

На стене начинают бить часы. Родители Арчи оба одновременно подпрыгивают как ужаленные.

— Что, сладкий мой? — спрашивает миссис О’Дрейн.

— Папа опять называет Генри Стивеном, — жалуется Арчи.

— Ой, Арчи, веди себя там как надо, — говорит ему она, словно робот, повторяющий слова вслед за мамашей из телесериала.

— Ладно, в общем, вот ГЕНРИ, он отведет меня на свадьбу, — говорит Арчи. — О’кей?

Нет ответа. Мы поворачиваемся и направляемся к двери.

— На свадьбу? — спрашивает миссис О’Дрейн. — Что за свадьба? Ничего не слышала.

— И вы тоже идете. Мы там с тобой договорились встретиться, помнишь, мам? — терпеливо и спокойно спрашивает Арчи.

— Ах, да, и правда, — отвечает она, хмурясь и силясь что-то вспомнить.

— Ладно, пока, — прощается Арчи. — Пойдем, Генри.

— А кто такой Генри? — спрашивает мистер О’Дрейн.

Я беру Арчи под мышки, вытаскиваю из инвалидного кресла, спускаюсь вместе с ним на тротуар и усаживаю его на нижнюю ступеньку лестницы. Затем возвращаюсь за креслом. И последнее: нужно захватить костюм с пола у порога. Внутри мистер О’Дрейн наливает себе выпить и тут же, одним судорожным глотком осушает стакан. Миссис О’Дрейн оглядывается по сторонам и спрашивает в пустоту: «А где Арчи?» Выхожу на улицу, хватаюсь за ручки инвалидного кресла — совсем как за руль велосипеда. Арчи запрокидывает голову и смотрит прямо в небо.