Журнал - «Подвиг» 1968 № 02

Войдя в погребок, он сразу увидел Кюна, сидевшего за столиком в углу, спиной к стене. Молькхаммер торопливо оглядел зал, но определить среди немногих посетителей, кто сообщник, было не легко, если вообще возможно.

Кюн — Вихман поднялся и протянул Молькхаммеру руку:

— Очень рад, что пришли.

— А вы сомневались?

— Немного да. Рюмку коньяку?

— Одну. В порядке исключения.

Вихман заказал два коньяка, а Молькхаммер, который еще не ужинал, бутерброд с колбасой Пока официант выполнял заказ, Молькхаммер обвел глазами зал: за соседним столом сидела увлеченная разговором молодая пара, у противоположной стены пожилой мужчина перелистывал иллюстрированный журнал, у музыкального ящика две скучающие девицы ели мороженое, ожидая, судя по всему, кавалеров, чтобы потанцевать. Вошел молодой человек, поискал кого-то глазами и подсел к девицам. Молькхаммер решил не спускать с него глаз.

— Вы так и не решились написать отчет? — спросил Вихман.

— Я — за разговор. При этом вы сможете по ходу дела задавать вопросы.

— Деньги при мне, — сказал Вихман. — Начинайте!

Вначале Молькхаммер повторил то, что уже было известно Вихману: Феллини обнаружил, что из кухни гостиницы пропали колотушка для мяса и вилка, и он не сомневается, что преступник воспользовался ими для убийства Новака.

— Мы подозреваем трех человек, — фантазировал Молькхаммер, — Губингера, который незадолго до убийства заходил на кухню, одну посудомойку и повара. Замечу, что все трое подозреваются не в убийстве, а в том, что передали преступнику орудия убийства, так как, по словам повара, накануне в кухне ничего не пропадало. По разным причинам посудомойка в принципе отпадает, Губингер забегал лишь на минуту, поэтому главный подозреваемый — повар.

После обеда Молькхаммер сочинил версию, которую теперь и излагал Вихману. Согласно этой версии, брат повара работал якобы портовым служащим в Бриндизи. В Бриндизи Новак грузил товары, полученные из Бельгии, на суда и переправлял их в Кувейт. В последнее время Новак несколько раз приезжал в Намюр, где находятся заводы по изготовлению легкого стрелкового оружия. В бумагах покойного найдено анонимное письмо с угрозами, написанное на чистом итальянским языке. В письме содержалось требование к Новаку оставить а покое Кувейт. Еще один повод для подозрения: в последнее время повар перевел на свой счет в банке крупные суммы, которые он никак не мог скопить при его скромной зарплате.

Молькхаммер перевел дыхание. Вихман воспользовался паузой, чтобы задать новый вопрос:

— Чем вы занимаетесь в Граце?

— Мы подозреваем, что здесь находится перевалочный пункт оружия, — ответил Молькхаммер, — а именно — на фабрике колбасных изделий «Мельхиор». В связи с этим я познакомился с одной служащей фирмы.

— С той самой, с которой вы танцевали вчера?

— Да.

— Сочетаете приятное с полезным. Неплохо! Но какое дело СИФАРу до этой истории?

— Все проще пареной репы, — продолжал плести Молькхаммер, — где пахнет оружием, там и СИФАР. Существует подозрение, что Новак продавал оружие также в Италию.

Вихман снял очки и тщательно протер стекла.

— Занятная история, — зевнул он. — Но почему мы должны вам верить? Где доказательства? Хотя бы частичные?

Молькхаммер счел уместным разыграть оскорбление. Если ему совершенно не доверяют, то ни о каком сотрудничестве действительно не может быть и речи. Откуда взяться доказательствам, если он находится в Граце, а не в управлении уголовной полиции? К тому же такие вещи не делаются менее чем за сутки.

— Не будьте ребенком, — возразил Вихман. — В сделке, подобной нашей, смешно говорить о каком-нибудь доверни. Тут ценятся голые факты и ничего больше. Каким образом вы намереваетесь предоставить нам фактический материал? Нас особенно интересует та часть, которая относится к Грацу. Кроме того, нам бы очень хотелось побеседовать с этим мнимым доктором Перотти. Вы не возьметесь устроить нам рандеву?

— Не будем забегать вперед. Всему свое время.

— Хорошо, — согласился Вихман. — В этом тоже есть свое преимущество.

Они заговорили о материалах следствия, и Вихман предложил Молькхаммеру изготовить с каждого протокола машинописную копию. Молькхаммер согласился, добавив, что его секретарша безумно в него влюблена и готова оказать ему любую услугу, в том числе и эту. Копии протоколов, посоветовал Вихман, Молькхаммер должен положить в конверт и во время очередной командировки в Австрию опустить в любой почтовый ящик. Адрес: «Инсбрук, до востребования».