Джеффри Арчер - Прямо к цели

Миссис Трентам не знала, радоваться ей или ужасаться, когда совет Лондонского графства дал ей разрешение на строительство. После длительных размышлений, продолжавшихся несколько недель, они настояли лишь на внесении незначительных изменений в первоначальный проект молодого Талбота. Она немедленно дала указание своему архитектору начать расчистку руин, чтобы можно было без задержки начать строительство.

Проект возведения на Челси-террас нового магазина, предложенный совету Лондонского графства сэром Чарли Трумпером, получил широкое освещение в прессе, в основном благоприятное. Однако в некоторых статьях, посвященных предлагаемому строительству, миссис Трентам заметила упоминание о каком-то Мартине Симпсоне, представлявшемся президентом федерации за спасение мелких магазинов — органа, выступающего против самой идеи Трумпера. Симпсон заявлял, что реализация такого проекта не принесет владельцам мелких магазинов ничего, кроме вреда, а в конечном итоге даже поставит под угрозу само их существование. Дальше он жаловался на то, что ни у одного из местных торговцев нет возможности воздействовать на такого влиятельного и состоятельного человека, как Чарли Трумпер.

— У них появится такая возможность, — сказала миссис Трентам за завтраком в то утро.

— Что появится?

— Ничего существенного, — успокоила она своего мужа, а чуть позднее снабдила Харриса необходимыми финансовыми средствами, чтобы Симпсон смог подать официальный протест по поводу замыслов Трумпера. Она также выразила согласие покрывать любые расходы, которые Симпсон может понести в связи с этим делом.

Плоды стараний Симпсона она ежедневно отслеживала по газетам и однажды даже поведала Харрису, что готова платить этому человеку гонорар за услуги, которые тот ей оказывал. Но, как всякий активист, он бился за правое дело бескорыстно.

Когда на площадку миссис Трентам были брошены бульдозеры и работы у Трумпера остановились, она переключила свое внимание на Дэниела и проблему его наследства.

Ее адвокаты подтвердили, что пересмотреть завещание будет невозможно до тех пор, пока сам Дэниел Трумпер добровольно не откажется от всех своих прав. Они даже дали ей формулировку того, что ему необходимо подписать по такому случаю, поставив ее перед неразрешимой задачей получения его подписи.

Поскольку миссис Трентам даже не представляла себе ситуацию, в которой она и Дэниел могли бы встретиться, вся эта затея представлялась ей обреченной на провал. Тем не менее она позаботилась, чтобы этот проект оказался запертым в нижнем ящике ее письменного стола в гостиной вместе с другими документами, касающимися Трумперов.

— Рад видеть вас вновь, мадам, — сказал Шнеддла. — Я не могу найти подходящих извинений, что так много времени мне понадобилось, чтобы выполнить ваше задание. Естественно, я возьму с вас не больше того, о чем мы договорились вначале.

Букинист не мог видеть выражение лица миссис Трентам, так как она еще не убрала вуаль. Проследовав за стариком вдоль покрытых пылью полок с книгами, она оказалась в его задней каморке. Здесь ей был представлен доктор Халкомб, который, как и сам хозяин, был в теплом пальто. Она отказалась от предложенного ей стула, заметив на нем тонкий слой все той же пыли.

Старик с гордостью указал на восемь ящиков, стоявших на его столе, и целый час объяснял с помощью доктора Халкомба, как они составляли каталог библиотеки ее покойного отца: вначале в алфавитном порядке по авторам, затем по тематике и, наконец, по названиям с перекрестными ссылками. В правом нижнем углу каждой карточки карандашом была аккуратно проставлена примерная стоимость каждой книги.

Миссис Трентам была поразительно терпелива со Шнеддлзом, задавая ему время от времени вопросы, ответы на которые ее не интересовали, и позволяя ему вдаваться в долгие и запутанные объяснения того, чем он занимался пять последних лет.

— Вы проделали замечательную работу, мистер Шнеддлз, — сказала она, когда он выхватил последнюю карточку — «Золя, Эмиль (1840–1902)». — Я не могла желать лучшего.

— Вы очень добры, мадам, — старик низко поклонился, — и вы всегда проявляли такую заинтересованность в этих вопросах. Ваш отец знал, кому доверял дело всей своей жизни.

— Пятьдесят гиней, так мы договаривались, если я правильно помню, — миссис Трентам достала из сумочки чек и передала его владельцу книжного магазина.

— Спасибо, мадам, — сказал Шнеддлз, рассеянно положив чек в пепельницу и едва сдержавшись, чтобы не добавить: «Я бы с радостью уплатил вам вдвое больше за полученное удовольствие от такой работы».