Гарри Гордон - Обратная перспектива

Я, какой-никакой, дворянин и, конечно, скован традициями, хоть они мне и претят. А Вы — свободный человек? Может быть, Вы — индеец? Тогда поезжайте в Американские штаты.

Вам не нравится, что я каламбурю. Между прочим, я создаю слова, а не паразитирую на них. А блоху я ковал, потому что русский человек и умелец.

Меня не волнует, как я скажу, главное — что я скажу. Искусство должно приносить пользу. А ромашки искусства чистого — пусть нюхают нигилисты.

Что Вы можете знать о русской жизни? Левша ему не нравится! А если Вы, милостивый государь, и поползали немного по Европе, правда, без пользы и плодотворства, то я и назову Вас на французский манер: Ле Вша.

Меня хоть гоняли, как козла бешеного — Вам это не грозит. Вас никто и не заметит. Вы не делаете поступков, одни намерения, и те — благие. А благими намерениями, — сами знаете…

Вы считаете моих «Соборян» великим произведением? Ну и что? Многие так считают. А мне что за дело?

Что Вы можете об этом знать, что почувствовать, Вы, семитский засланец в нашем православном поле…

Прощайте.

Николай Лесков.

Бог помочь, уважаемый Карл Борисович.

Рад пригодиться свежему человеку, хоть и старику.

Свежему по необычному в ваши дни желанию нащупать старинную для себя, прежнюю почву и, твёрдо стоя на ней, обновить свои добрые чувства в стремлении распространить их на ближних.

Рад также, что Ваше окаянное винопитие не лишило Вас ума окончательно: кажется мне, желание труда у Вас изрядное, больше, по крайности, чем желание праздности.

Думаю, что так с Вами происходило не всегда, а только к вечеру получилось — что же, лучше поздно, чем никогда.

Вашим серьёзным занятиям должна предшествовать мера, необходимая всем серьёзным занятиям: работу должно делать с профессиональным умением, иначе Вы не будете убедительны и сгодитесь, как учитель, разве что для дворовых баб и неразумных ребятишек.

Умение правильно запрягать или ловко косить у вас теперь не в заводе, о чём я жалею чрезвычайно. Потому научитесь для начала худо-бедно играть в шахматы. Эта игра хорошо учит профессии: невозможно делать импровизации, не изучив наигранного опыта предшествующих игроков.

Так же хочу предостеречь Вас от увлечения литературным стилем, который, в самом деле, в литературном произведении играет роль рамы. И чем рама вычурнее да красивее, тем более теряется сама картина, смысл её, сущность и красота.

Думается, что самая верная дорога — это интонация. Её не подделаешь, потому что это Господь набормотал.

Полезность свою должно осуществить на ниве просвещения, однако, — вот незадача: народ уже просвещён, и, на грех, слишком, а просвещать придётся правящих господ.

Например, если среди Ваших знакомых есть люди, вхожие в кабинеты министров и сенаторов, не премините их научить, чтобы при каждой встрече Ваши знакомые напоминали им о долге и бедственном положении, особенно духовном, вверенного их попечительству обыкновенного народа. Ничего, что это наивно — капля камень точит.

Господа эти погрязли в мздоимстве, но тут было бы простой ошибкой обвинять их, и только. То, что они потеряли простую веру, или то, что власть развращает, было бы недостаточным объяснением такой жизненной хватки. Корни мздоимства, или, как у вас говорят, коррупции — вот ещё словцо — лежат в самой глубине существа бедного человека. А бедные они оттого, разумеется, что забыли Бога и лишили себя его помощи.

Желание взятки происходит в человеке от неумеренной жажды потреблять. Иному и не нужно вовсе, а он всё-таки пойдёт и купит себе десятую сорочку или, чего доброго, парусный дредноут, а то и захолустный остров у Мавританских земель, который он, может быть, и в глаза не увидит, потому что жизнь коротка и предельна на земле.

А взявши взятку — этот человек пойдёт давать, другому: покупая, ты обеспечиваешь прибыль, выходит так, что даёшь взятку. И пошла писать губерния, получается поголовная порука.

Надо бы объяснить всем и каждому очевидные и простые вещи — не возьмёшь с собой туда, да и здесь не распорядишься со смыслом.

Вот эти соображения и должно объяснить чиновному государственному человеку.

А вообще, уважаемый Карл Борисович, государство — это дрянь, схема, чертёж, придуманные одними людьми для управления другими. Бог его не создавал, Бог не видит ни государств, ни денег. Да и религия Богу не нужна: если каждый обретёт Веру, религии останутся только обряды, соразмерные с первобытностью человека.