Акутагава Рюноскэ - Избранное

На второй день Сусаноо перевалил через хребты, окружавшие Страну Высокого неба. Забравшись на крутую скалу на вершине горы, он взглянул вниз, на долину, где лежало его селение, но сквозь тонкие белые облака увидел лишь неясные очертания равнины. Однако он долго еще сидел на скале, глядя на утреннюю зарю. И, как когда-то, ветер, прилетевший с долины, шептал ему: «Сусаноо! Что ты все ищешь? Иди за мной! Иди за мной, Сусаноо!»

Наконец он поднялся и стал медленно спускаться с горы, в неведомую страну.

Меж тем утренний жар спал и начал накрапывать дождь. На Сусаноо было лишь одно кимоно. Ожерелье и меч, конечно, отобрали. Дождь яростно обрушился на изгнанника. Ветер дул в бока, мокрый подол кимоно хлестал по голым ногам. Стиснув зубы, он шел, не поднимая головы.

Под ногами были лишь тяжелые камни. Черные облака закрывали горы и долины. Страшный вой то приближался, то удалялся,— не то рев бури, доносившийся сквозь облака, не то шум горной реки. А в душе его еще яростнее бушевал тоскливый гнев.

Вскоре камни под ногами сменились влажным мхом. Мох перешел в глухие заросли папоротника, за ним рос высокий бамбук. Незаметно для себя Сусаноо очутился в лесу, заполнившем утробу горы.

Лес неохотно давал ему дорогу. Ураган продолжал бушевать, ветви елей и тсуга [141] Тсуга — хвойное дерево. надсадно шумели в вышине, разгоняя черные тучи. Раздвигая бамбук руками, он упорно спускался вниз. Бамбук, смыкаясь над его головой, непрерывно хлестал его своими мокрыми листьями. Лес, словно ожил, мешая ему двигаться вперед.

А Сусаноо все шел и шел. В душе его кипел гнев, но беснующийся лес пробуждал в нем какую-то буйную радость. И, раздвигая грудью травы и лианы, он испускал громкие крики, словно отвечая ревущей буре.

К вечеру его безоглядное продвижение преградила горная река. На другом берегу бурлящего потока высилась отвесная скала. Он пошел вдоль потока и вскоре в брызгах воды и струях дождя увидел тонкий висячий мост из веток глицинии, перекинутый на другой берег. В отвесной скале, куда вел мост, виднелось несколько больших пещер, из которых струился дым очагов. Он без колебания перебрался по висячему мосту на другой берег и заглянул в одну из пещер. У очага сидели две женщины. В свете огня они казались окрашенными в красные тона. Одна была старухой, похожей на обезьяну. Другая выглядела еще молодой. Увидев его, они разом вскрикнули и бросились в глубь пещеры. Сусаноо, мгновенно убедившись, что в пещере нет мужчин, смело вошел в нее и легко повалил старуху, прижав ее коленом к земле.

Молодая женщина быстро схватила со стены нож и хотела пырнуть в грудь Сусаноо, но он выбил нож из ее руки. Тогда она выхватила меч и снова накинулась на Сусаноо. Но меч в тот же миг звякнул о каменный пол. Сусаноо поднял его, сунул лезвие меж зубов и тут же сломал пополам. Затем с холодной усмешкой взглянул на женщину, словно вызывая на бой.

Женщина схватила было топор и собиралась в третий раз напасть на него, но, увидев, как легко он сломал меч, отбросила топор и повалилась на пол, моля о пощаде.

— Я хочу есть. Приготовь еду,— сказал он, отпустив на свободу старуху, похожую на обезьяну. Потом подошел к очагу и спокойно сел там, скрестив ноги. Обе женщины принялись молча готовить еду.

Пещера была просторной. На стенах висело разное оружие, и все оно блестело в свете очага. Пол был застлан шкурами оленей и медведей. И над всем этим витал какой-то приятный сладковатый аромат.

Тем временем еда поспела. На блюдах и плошках перед ним громоздились горы мяса диких животных, рыба, плоды лесных деревьев, сушеные моллюски. Молодая женщина принесла кувшин сакэ и присела у очага, чтобы налить ему. Теперь, вблизи, он рассмотрел ее: женщина была миловидной, белокожей, с густыми волосами.

Он ел и пил, словно зверь. Блюда и плошки быстро опустели. Она улыбалась, словно ребенок, глядя, как он поглощает еду. Нельзя было и подумать, что это та самая свирепая женщина, которая хотела вонзить в него меч.

Закончив есть, он широко зевнул и сказал:

—Так, живот я набил. Теперь дай мне что-нибудь из одежды.

Женщина принесла из глубины пещеры шелковое кимоно. Такого изящного кимоно с тканым рисунком Сусаноо еще никогда не видел. Переодевшись, он одним рывком схватил со стены массивный меч, сунул его за пояс с левой стороны и снова уселся у очага, скрестив ноги.

— Не угодно ли еще что-нибудь? — нерешительно спросила женщина, приблизившись к нему.