Джон Ирвинг - Сын цирка

Бахадур ненавидел все серии об инспекторе полиции и мечтал, что обиженные хиджры или проститутки-женщины убьют Инспектора Дхара. Таксист в общем не возражал против тенденции убивать знаменитых людей, поскольку полагал, что обычных людей обижает то, что лишь немногие из них становятся знаменитостями. Считая недостойной работу таксиста. Бахадур занялся ею лишь для того, чтобы доказать богатому дяде — он может «общаться с массами». Вдруг дядя пошлет его учиться в другую школу. Временная работа его не удовлетворяла, однако для Мирзы можно выполнять и худшую работу, поскольку он владеет частной таксомоторной компанией. В свободное от работы время Бахадур улучшал знание английского, заучивая вульгарные и богохульственные выражения. Он хотел знать их в совершенстве на случай встречи со знаменитым человеком.

Шофер знал, что репутация знаменитых людей часто дутая. Он слышал рассказы о том, насколько силен Инспектор Дхар, и даже о том, что он — спортсмен-штангист. Одного взгляда на тоненькие руки пассажира оказалось достаточно, чтобы доказать лживость слухов. Это не спортсмен-штангист, а всего лишь киношник со слабыми поджилками.

Бахадур любил ездить мимо киностудий, ожидая, что удача ему улыбнется и появится какая-нибудь актриса, пожелавшая сесть к нему в такси. Но однажды полицейский обвинил его в том, что он без дела здесь шляется. Бахадур подумал, надо е…ть всех киношников.

— Думаю, вы знаете, где находится миссия святого Игнатия. Там иезуитский приход, храм и колледж, — нервно произнес Миллс, когда машина тронулась.

Мартин искал какой-либо знак понимания во взгляде таксиста. Когда будущий священник увидел, что молодой человек наблюдает за ним в зеркало заднего вида, он сделал дружественный жест, который, по его предположению, являлся национальной традицией поведения индийцев. Он подмигнул таксисту.

Шофер подумал, что пассажир сделал ему нескромное предложение. Являлось ли оно простой попыткой установления более тесного контакта или было традиционным предложением гомосексуалиста? Теперь это уже не играло никакой роли, поскольку Бахадур принял решение. Инспектор Дхар не уйдет безнаказанным после ужасного фарса, в который он превратил жизнь города Бомбея. В полночь Дхар надумал поехать в храм Святого Игнатия? Что он там хочет делать? Молиться?

К тому, что казалось ему неестественным в Инспекторе Дхаре, таксист добавил еще одно: этот человек только прикидывается индийцем. На самом деле Инспектор Дхар — христианин!

— Предполагается, что вы — индиец, — сказал Бахадур иезуиту.

Мартина ужаснули эти слова. Он в этой стране впервые, но первая же стычка на религиозной почве случилась у него с первым же индийцем. Он знал: большинство индийцев здесь исповедуют буддизм.

— Ну… вы понимаете, люди всех вероисповеданий должны быть братьями, — приветливо ответил он.

— Я е…л твоего Христа и тебя вместе с ним, — холодно заметил таксист.

— Ну… ну… — сказал Мартин, который подумал, что, вероятно, есть ситуации, когда можно подмигивать, а есть моменты, когда делать этого нельзя.

Такси неслось сквозь непроницаемый и зловещий мрак ночи, однако темнота никогда не смущала Мартина Миллса. В толпе он мог испытывать беспокойство, но не в ночном мраке — он его не страшил. Не предполагая, что ему угрожает какое-то насилие, миссионер размышлял о неосуществленной мечте средних веков отвоевать Иерусалим обратнодля христиан. Миллс представлял, что паломничество Игнатия Лойолы в Иерусалим сопровождалось постоянными опасностями и происшествиями. Его попытка завоевать Святую Землю провалилась и он был выслан из этой страны. Тем не менее Лойола продолжал горячо мечтать о спасении душ грешников. Цель жизни святого всегда состояла в выполнении воли Божией. Не является простым совпадением то, что книга «Упражнения духа» начинается с красочного показа ужасов ада. Боязнь Господа очищаюше воздействовала на его душу, и такое же влияние она оказывала всегда на Мартина Миллса. Человеку надо лишь следовать указаниям этой книги духа и содействовать развитию своего внутреннего зрения, чтобы в мистическом экстазе увидеть геенну огненную, и связь с Богом. Миссионер не сомневался: внутреннее зрение превосходит то, что человек видит глазами.

— Ищите и обрящете, — громко озвучил Миллс свое кредо.

— Я сказал, что е…л твоего Христа и тебя вместе с ним, — повторил таксист.