Эндрю Крами - Пфитц

Она с криком выскочила из шатра, с криком промчалась мимо других аттракционов (вокруг них все еще толпились зеваки) и замолчала лишь тогда, когда оказалась дома; встревоженные родители расспрашивали ее, в чем дело, но она им так ничего и не сказала. Той же ночью Фернандо исчез из этой деревни, вместе со своим шатром и своими пчелами.

ГРАФ (смеясь). Я не верю ни одному слову этой истории. Да и вообще, ты же вроде собирался рассказать мне, как это тебя угораздило родиться.

ПФИТЦ. Да, совершенно верно. Ну так вот, шесть лет спустя моя мать переехала в город и вышла замуж за стекольщика.

Тем временем пошел дождь. Они устроились под деревом. Чуть погодя дождь прекратился.

— Ну и зачем было все это мне рассказывать?

Автор изложил все это потому, что все это действительно имело место. Посмотрите, вот и вас подмочило. У вас на рукаве дождевые капли. Позвольте, я их смахну…

— Не стоит вашего беспокойства. Лучше послушаем дальше, что там рассказывает Пфитц.

ГРАФ. Ну, и так как же тебя угораздило родиться?

ПФИТЦ. Я могу лишь повторить то, что говорил раньше: это произошло совершенно случайно — как и все остальное в этом мире.

ГРАФ. Так ты что же, действительно веришь, что все случайно? И даже наши с тобой мысли?

ПФИТЦ. Именно так говаривал мой отец, и я не вижу никаких оснований оспаривать его мудрость.

Они слышат в стороне от дороги глухой негромкий удар. С дерева упало яблоко. Пфитц слезает с лошади, чтобы его подобрать.

ПФИТЦ. И ведь точно тогда, когда я малость проголодался! Вот и говорите мне, что это не было чистой случайностью!

ГРАФ. Яблоко упало в этот момент, потому, что законы тяготения и механики велели ему так поступить. Оно упало именно тогда потому, что не могло упасть ни моментом ранее, ни моментом позднее.

ПФИТЦ. Но я-то почему оказался здесь точно ко времени, чтобы его подобрать?

ГРАФ. Потому что законы, управляющие движением яблок, точно так же управляют и атомами твоего тела и твоего мозга, и все они в совокупности двигались так, чтобы привести тебя в это время на это место. Они заставили тебя сопровождать меня в этой поездке, они заставили тебя ощутить голод, и они же самые заставили тебя спешиться и подобрать яблоко. Твоя жизнь предопределена столь же точно, как и траектория падающего яблока. Каждое событие имеет свою причину, а каждая причина проистекает из какого-либо предшествующего события. Если ты проследишь эту цепь достаточно далеко назад, то увидишь, что все происходящее в этом мире происходит именно так, как происходит, по строгой логической необходимости.

ПФИТЦ. Расскажите это моему папаше! Я уверен, что он делал меня, абсолютно не помышляя ни о каких там необходимостях.

Правду говоря, Пфитц и граф дискутировали эту проблему далеко уже не первый раз. Заметим также, что граф не только научил Пфитца читать, но и заставил его проштудировать работы всех великих философов, дабы хозяин и слуга могли коротать время в стимулирующих разум беседах. Послушный Пфитц ознакомился с воззрениями Платона и Фомы Аквината, Спинозы и Локка, однако это ничуть не пошатнуло его уверенности в правоте отца, любившего говаривать, что ничто в этом мире не бывает совсем черным или совсем белым.

— Но разве это не Автор заставил яблоко упасть? Да и вообще жизненный путь Пфитца жестко предопределен, так как Автор с самого начала знал, чем это все кончится.

Ну а как насчет вашей собственной жизни, читательница? Может, это тоже история, давно завершенная в мыслях ее Автора? Ведь некоторые верят, что весь этот мир не более чем книга, начертанная там, наверху, некоей незримой рукой, и все наши жизни суть не что иное, как прочтение судьбы, существовавшей за вечность до того времени, как мы появились на свет. Другие же верят, что наша жизнь — одна из многих возможных книг огромной библиотеки и мы не узнаем, какая из этих книг — книга нашей жизни, пока не дочитаем ее до последней страницы (к каковому моменту будет уже поздно делать из этого какие-либо практические выводы). А кто-то еще утверждает, что книги эти пишутся по ходу дела и фабула их есть нечто такое, на что мы и сами можем отчасти влиять. И в рамках этой последней школы идут ожесточенные дебаты, предопределено ли то, что напишется в этих книгах, некоей высшей книгой из высшей библиотеки, или, того пуще, существует бесконечная иерархия книг и библиотек, правящих судьбою совпадений, совпадением судеб, судьбою судеб и совпадением совпадений.