Лесли Уоллер - Семья

— Может, ему нужен Клэмен! — пробормотал Винни. Он все еще не успокоился.

— Он у него есть — по документам. Когда он приберет банк Клэмена, у него будут все нужные бумаги. Те самые займы, которые брал Клэмен. Он их должен будет выплатить, несмотря ни на что, не так ли?

Рокко дважды поднял вверх брови.

— Итак, у Палмера в руках бумаги Клэмена, а у тебя — сам Клэмен. У вас обоих есть то, что вы желаете, не так ли?

Никак не выразив явного согласия с точкой зрения Рокко, Винни перевел тему, что само по себе являлось скрытым неодобрением слов Рокко.

— Тони, это единственная операция, которую ты правильно провернул, ясно? Клэмен уже готов просить у нас денег. Я вижу. Он в таком жутком положении. В любой момент, как спелая груша, свалится в наши руки. Когда это случится…

Он остановился и пальцем чуть ли не ткнул в правый глаз своему кузену.

— Ты все должен будешь сделать правильно, или это будет твое последнее дело, ясно?

— Si, Винченцо.

— Все бумаги должны быть очень четко составлены.

— И когда все будет закончено, все будет принадлежать нам.

— Si, все-все.

— Мы наступим на Клэмена, как на спелую виноградину, и под нашим каблуком из него вытечет весь сок. Полностью!

— Si, Винченцо.

— И тогда мы отдадим выжимки свиньям.

Все трое засмеялись. Смех был тихим, но слегка напряженным.

Косые лучи послеполуденного солнца пронизывали грязную сторону окон теплиц и высвечивали Яркую зелень листьев. Воздух был насыщен влагой, и для Дона Джироламо он пах кислородом, носителем жизни.

Он выключил мотор своей тележки для гольфа и сидел в тишине, глубоко дыша. В дневное время ему всегда было хорошо рядом с растениями. Он понимал, что проводить свои дни в этих теплицах ему в его восемьдесят шесть лет — счастье, он словно какое-то редкое растение, пустившее свои корни в богатую почву. Десять лет назад, когда он отошел от ежедневного контроля за семьей Дона Винченцо, его сына, он удалился на заранее подготовленную позицию, как предусмотрительный генерал, развертывающий свои войска. Здесь он был в безопасности, по крайней мере, в дневные часы, и здесь он будет оставаться, пока о нем не вспомнят.

Один эмиссар из внешнего мира уже прибыл. Вот почему Дон Джироламо направил тележку обратно, к своему рассекреченному убежищу. Конечно, человек в его возрасте может позволить себе сделать паузу для раздумья. Человек, который добился такого высокого положения, может позволить себе, чтобы посетители ждали его. Не слишком долго, иначе это будет ненужная грубость. Но несколько минут просто необходимы для соблюдения достоинства.

Размышляя так, Дон Джироламо включил мотор и направил свою тележку по коридору из зеленых листьев и черных теней. По мере того как он продвигался, ароматы в воздухе менялись: сначала это был запах мимоз в горшках, послеполуденное солнце зажигало их желтыми вспышками, потом был запах английского плюща и его листьев, сделанных словно из воска, потом — тонкий терпкий запах карликовых пальм. Он остановился перед высокой стальной дверью и нажал кнопку дистанционного пульта.

Размышляя обо всем этом, Дон Джироламо, как только дверь начала подниматься, направил тележку вперед. Выехав наружу, он снова нажал на кнопку и закрыл дверь. Когда он сошел с тележки и на одеревеневших ногах направился во внутреннюю комнату с камином, он увидел, что его посетитель выглядит еще тоньше, чем он был год назад, когда Дон Джироламо видел его в последний раз. Он хмыкнул.

— Какой худой! — воскликнул он, направляясь к визитеру.

Молодой человек вскочил на ноги.

— Si, padrone, [70] Да, патрон (ит.). и от этого я выгляжу старше. Но вы, вы выглядите на десять лет моложе, чем в последний раз.

Он застенчиво потянулся к руке Дона Джироламо, а когда тот протянул ее ему, то поднес к губам и почтительно поцеловал. Он так и остался стоять, смиренно склонив голову, пока старик не опустился в кресло возле камина. Крупные куски угля ярко светились, наполняя теплом маленькую комнату.

— Садись, Чарли. Какие новости? — теперь Дон Джироламо говорил по-итальянски.

Губы Чарли напряженно сжались, словно он приехал сюда исключительно с целью сообщить новости, тем не менее испытывал огромное нежелание сделать это.

— Говори.

— Si, padrone. У меня есть информация от человека, который нам очень полезен.

Произнося «servizievole», [71] Пригодный (ит.). как слово для обозначения «полезен», Чарли сделал руками движения, словно смешивал ими салат в большой миске. — Он следователь, имеет лицензию. То, что американцы называют «частное око». [72] Частный детектив. Вы меня понимаете?