Лесли Уоллер - Семья

Шон так сильно начал качать головой, что его кудри растрепались. Он пригладил волосы и продолжил разговор.

— Ты и представить себе не можешь, что этот психиатр сделает с вашим СМ, твоим и Бена.

— Что такое СМ?

— Садомазохизм. Самое модное занятие в наши дни.

У Типпи слегка зарумянились щеки. Шон увидел это, но все же она не покрылась краской стыда.

— Мне не стоило говорить тебе об этом.

— Почему? Все занимаются извращениями. Но у тебя хватило мужества что-то с этим сделать. Ты приняла смелое решение и очень — ну, как бы сказать…

Он развел руками в воздухе, пытаясь сам подобрать нужное ей слово.

— Все так чисто, если только ты сможешь правильно понять меня. Классически чисто. И ты прекрасно выражаешь себя. Я хочу сказать, когда ты сказала, что ты себя очищаешь. Так здорово сказано.

— Но именно так я себя чувствую после этого.

— Понятно. А потом?

Она нахмурилась.

— Когда потом?

— Ну, потом, после этого, — подтолкнул Шон. — После очищения, после грязных дел. Что дальше?

Она вздохнула.

— Потом…

Она замолчала.

— И в следующий раз ты опять очищаешься, — подсказал ей Шон. — Только в следующий раз тебе приходится идти немного дальше, чтобы добиться того же эффекта.

Она молча отпила глоток.

В «Каза Коппола» во время обеда было всегда полно народа. Красные обои отражались на лицах посетителей здоровым огоньком гордости и удовлетворения. В зале стояло много столиков. На физиономиях даже тех, кто ждал, пока освободится столик, все равно был отсвет счастья, которое можно найти здесь.

Бен Фискетти прибыл в час пятнадцать. Перед бархатным барьером в ожидании стояло примерно шесть или семь пар, а мужчины-одиночки сидели у бара и ждали, когда метрдотель отведет их на освободившееся место.

При таких высоких ценах в «Каза Коппола» не считали необходимым тесно составлять столики. Ресторан был достаточно вместительным — столов на пятьдесят. Сорок девять были заняты с половины двенадцатого. И некоторые из них уже освобождались. Пятидесятый стол в дальнем углу зала не был занят. Метр сразу провел к нему Бена, и тут же появились два официанта.

— Si, signore. Коктейль? — спросил один из них.

Бен отмахнулся от него, но тот не отходил.

— Скоро придет Дон Винченцо?

— Я пришел раньше, — объяснил ему Бен. — Он будет позже.

— Коктейль?

Бена раздражал акцент официанта. Он знал, что тот являлся племянником владельца ресторана. Он прожил почти всю свою жизнь в Штатах. Но он продолжал говорить: «Коке-тель».

Наверное, они это делали специально, чтобы произвести впечатление на посетителей, которые хотели услышать плохой английский, поедая свою «пасту». Но как он смеет так говорить с зятем Винни Бига?!

Бену удалось отогнать от себя обоих официантов и метра тоже. Они перестали подскакивать к нему при его малейшем движении. Обычно они предлагали ему спички, воду, хлеб, масло, вино и навязчивый «коке-тель».

Бену стало смешно, когда он заметил, что посетители наблюдают за этим представлением во все глаза. Он подумал, что они придут в неописуемый восторг, когда прибудет Винни Биг и Рокко. Бен был в восторге от того, что мог наплевать на высокомерного старого ублюдка и в то же время немного погреться у сильного и жестокого огня, вспыхивающего везде, куда приходил Винни Биг. Официанты, бармены, полицейские, мальчики на посылках, клерки, продавцы в роскошных магазинах, определенного типа газетчики, словом, все, кто узнавал Винни Бига, немедленно мчались услужить ему и выказать ему свое уважение. Раньше такое было в отношении Морганов, Меллонов и Рокфеллеров.

Бен вспомнил, как эти старые грабители-бароны ничего не могли узнать о Винни и его таинственном, быстром, как клинок, отце — Доне Гироламо. Ключом ко всему была семья, не так ли?

Гулды, Асторы, Вандербилты [106] Крупные американские банкиры, определившие судьбу экономики США между двумя мировыми войнами. и все остальные грабили и насиловали страну. Они основали огромные династические кланы и поработили другие семьи своими связями. Когда старые толстокожие папашки, основавшие династии, воры и жулики, поумирали, их сыновья и внуки занялись отмыванием фамильного герба! У них были деньжата для этой работенки. К тому времени, когда внуки получили контрольные пакеты акций, старые жулики уже спокойно лежали в пантеонах национальных героев.

Ну и что, подумал Бен, другие времена — другие нравы. И, конечно, появились другие сильные семьи. Настало время новым жуликам основать новые династии.