Юлий Самойлов - Хадж во имя дьявола

На плацу же и в бараках кипела битва, и дикий рев разъяренной толпы поднял на ноги весь небольшой городок. Кроме того, стрелки с вышки обратили внутрь пулеметы и, наконец, при помощи пулеметов и брандспойтов толпу разогнали. В зону вошел строй автоматчиков с оружием наизготовку. Впереди шли офицеры и один весьма высокопоставленный генерал с маузером в руке. А плац напоминал поле Ленского расстрела с известной картины. Впрочем, чуть позже я слышал, что генерала расстреляли вместе с Берией. Он оказался наймитом.

Не то их всех гуртом наняли империалисты, сложившись в складчину, не то… Ну, кто кого нанял и зачем, мы когда-нибудь узнаем точно. А пока я думаю, что все устроители крысиного метода просто сволочи и мерзавцы, как и их коллеги из гестапо, и не надо говорить, что они-де верили, они-де выполняли приказ. Они ни во что не верили, кроме своих карманов, животов и привилегий. А приказы… Они выполняли любые приказы, чьи бы то ни было.

Из роддома выносят маленьких розовых младенцев, мальчиков и девочек. Откуда же, черт возьми, появляются убийцы, бандиты и другие изверги?

Однако я помню и другой случай. С бухты Нагаева, в залив Креста на Чукотку шел пароход с грузом черного дерева, то есть в трюмах было четыре или четыре с половиной тысячи заключенных.

Обычно на пароходах, предназначенных для перевозки разных грузов, было специальное устройство на случай возникновения пожаров в трюмах. Капитан нажимает кнопку, и из паровых котлов под давлением 16 атмосфер в трюмы поступает острый перегретый пар, который тушит пожар, а если же в трюмах люди, сами понимаете, так сказать «уха». И тех, кого перевозили в этих трюмах, предупреждали, что у капитана в каюте есть такая кнопка. Ну и, кроме того, над трюмом спаренные на турелях пулеметы. А судно было типа «Либерти», то есть «Свобода».

Указанные люди, четыре с половиной тысячи, были расположены в центральном трюме, который отделен от переднего форпика и заднего ахтерпика специальными клинкетными дверями. Если их поднять, то из одного трюма можно попасть в другой. Среди этапа, как рассказывает молва, был некто Враг…

Врагом его называли за то, что, ругаясь, он вспоминал каких-то врагов: «У, враги!..» Кто был этот человек, то есть Враг, никто точно не знал. Рассказывали, что он был морским офицером, тонул, затем подобран англичанами, а когда вернулся, был посажен в тюрьму. За то, что не утонул. Другие люди говорили, что он просто офицер, был в плену… Короче, точно о нем никто ничего не знал. Не знали также и того, кто помог им. Но кто-то поднял клинкерную дверь в переборке между трюмами… В четыре утра, когда судно было уже в районе островов Ратманова, толпа этапников через задний трюм вырвалась на палубу и очень быстро овладела судном.

А далее тоже туманно: повел ли судно сам Враг или заставил капитана, но судно повернуло к берегам Америки.

Добраться не смогли только до радиста, у него была бронированная рубка, и он открытым текстом передал, что на судне бунт, судно захвачено и идет к берегам Америки.

Последовал приказ авиасоединению, базирующемуся на берегах Чукотки: догнать пароход и утопить его вместе с командой и верным радистом.

Но кто-то рассказывал и по-другому, что пароход успел войти в территориальные воды США, и оттуда вылетели истребители, которые не допустили и отогнали бомбардировщиков, и спустя две или три недели сам Враг или его люди выступали по «Голосу Америки». Что, правда, сейчас трудно установить. Ну, а что было дальше?..

Вы знаете, как пишут стихи? Но, это понятно: размер, рифма. А вот почему появляются слова и образы?

Однажды я был на Куликовом поле. Да-да, на том самом, где была битва. Шел и смотрел вокруг, представляя, как и что происходило в тот день. И вдруг я вспомнил, что князь Боброк слушал землю. Я остановился у небольшого, поросшего ковылью холмика, и лег, прижав ухо к земле. Но земля молчала. Зато другим ухом я услышал многочисленные металлические звуки, как будто где-то с силой били металл о металл, мечи о мечи… Это от очень легкого ветерка, звеня, сталкивались высокие высохшие ковыли, а я… я слышал звуки давно прошедшей битвы.

Но причем здесь Куликовская битва? Которая произошла шестьсот лет тому назад? Причем здесь стихи, поэзия и даже ковыли? Если возникает такое недоумение, то оно напрасно.

Много лет спустя у меня был знакомый, в прошлом — моряк-подводник, великий спец в электронике и компьютерах. Имел жену и двоих детей. Короче, это была очень благополучная семья. В то время ему чуть перевалило за сорок. Он беспрестанно умащивал, украшал и ремонтировал свою пятикомнатную кооперативную квартиру, где-то неисповедимыми путями добывал особо престижные обои, торшеры, финскую мебель и многое другое. Кроме того, у него была дача, машина «Волга», модные брелоки к ключам. Была и библиотека, двадцать пять полок. Одна полка темно-серого цвета обложек, другая — краснообложечная, оранжевая, зеленая, голубая и так далее. Когда никого не было, жили и ели на кухне. Как ели?.. Так себе, как все.