Павел Тетерин - Новый альбом

— Проходите, вас ждут.

Она медленно вошла в кабинет и увидела стоящую у окна фигуру в белом халате.

Доктор, молодой мужчина в очках, положил на стол несколько рентгеновских снимков и сделал пару шагов ей навстречу.

— Садитесь, пожалуйста — он вежливо придвинул к ней стоящий возле двери стул.

Оля присела на край стула и достала из сумочки мятый носовой платок, промокнула им глаза и подняла взгляд на доктора.

Доктор сел за стол, повертел в руках рентгены, вздохнул и сцепил пальцы в замок.

— Ну, что я вам могу сказать… Ольга, да? — он вопросительно взглянул на неё.

Она кивнула.

— Случай, конечно, печальный — доктор ещё раз многозначительно вздохнул и почесал переносицу, подбирая слова.

— Его шлем не был застёгнут, и шайба попала точно висок, что вызвало сильное сотрясение мозга и нарушение внутричерепного давления. Пока что ваш муж без сознания, но скоро он должен прийти в себя. Насколько серьёзно травма повлияет на психику — пока сказать сложно. Будем смотреть по обстоятельствам — доктор поднял глаза вверх и осёкся. Девушка, сидящая напротив него, уронила голову в ладони и беззвучно рыдала. Волосы, упавшие вниз, полностью закрывали лицо, и только плечи, ходившие ходуном, выдавали всю степень её потрясения. Он растерялся, не зная, что делать.

— Ну что же вы, прекратите… всё не так уж плохо — неуверенно сказал он, чувствуя себя полным идиотом. Всё не так уж и страшно, может быть…

— Он совсем сошёл с ума с этим своим хоккеем — она, казалось, пропустила все его слова мимо ушей. Голос у неё срывался и ломался от раздирающих её спазмов. — Ведь мы же жили, хорошо жили…пусть, не много чего у нас было, но главное всё было, и ладно… а потом эта сраная лотерея, и всё…человека как подменили — она откинула волосы со лба, и он увидел её лицо, искажённое гримасой страдания, вмиг превратившее её из миловидной девушки в убитую горем старуху — …стал злой, как дьявол, что не скажи — всё в штыки, и ответ один — ты полощешь мне мозг, не хочешь мне помогать, видишь во мне не меня, а кого-то другого… А это не он ведь, совсем не он… даже с дочкой стал говорить по другому, а она же — совсем ничего не понимает, маленький ведь, несмышленый человечек совсем — она громко всхлипнула и снова затряслась в очередном приступе плача, закрыв лицо руками.

Доктор отвел глаза в сторону, продолжая молчать — пусть лучше она выговорится, сейчас ей точно не стоит мешать.

— …я терпела, как могла, терпела, но потом… — она запнулась — …потом он стал руку на меня поднимать — а ведь такого никогда раньше не было, никогда, вы понимаете? Для меня это вообще дикость какая-то, я такого обращения ни в своей семье, нигде никогда не видела, а тут… а теперь что? Я уже про развод начала думать, и пусть, что Машка, как-нибудь справлюсь, а сейчас, что делать, ну что мне с ним делать теперь? — в её голосе снова зазвенела истерика.

Доктор сидел, потупив глаза в стол, совсем не зная, что и ответить этой женщине, и продолжал бездумно рассматривать разбросанные по столу рентгеновские снимки. Случай и так явно непростой… но теперь понятно, что он ещё сложнее, чем ему показалось на первый взгляд.

— Вы знаете — робко кашлянув, сказал он — может быть, после травмы он пересмотрит свое отношение к спорту, как то изменится… Он у вас профессиональный спортсмен?

— Да какой он к чёрту профессиональный спортсмен — в глазах у неё блеснули искорки злости. — Так, в детстве что-то, да сейчас… еле на коньках стоит.

— Ну, значит, работа и заработок от хоккея не зависят — начал было говорить он, но тут Ольга зарыдала с новой силой. Доктор, не понимая, что так её опять расстроило, снова замолчал. Дав ей немного успокоиться, он встал, подошёл ближе и осторожно положил руку ей на плечо. Она вздрогнула и подняла на него глаза.

— Ольга — стараясь говорить как можно мягче — знаете что… вы поезжайте сейчас, пожалуй, домой, выпейте валерьянки… или просто выпейте, и постарайтесь немного успокоиться. Состояние больного стабильное, но он в коме, и вам здесь находиться, на самом деле, совершенно необязательно. Если что-то изменится, я вам сразу же наберу, хорошо?

Ольга кивнула, не поднимая головы.

— Вот и славно — сказал доктор, подошел к стене и открыл дверцу небольшого стеклянного шкафчика, стоящего в углу. Достал оттуда блистер с небольшими белыми таблетками, выдавил две на ладонь, секунду подумал и добавил к ним ещё одну. Затем вернулся к столу, налил в стакан воды из графина и снова подошёл к ней.