Ким Стрикленд - Клуб желаний

Джил попыталась припомнить свой первый день в роли натурщицы: махала она руками как мельница или нет? Одним глазком глянула на портрет — это правда. Портрет, кстати сказать, ее не впечатлил. Первая мысль, помнится, была — «любитель». Университетским образованием, о котором он твердил, и не пахло.

Ну, подсмотрела она. И что? Сразу после сеанса они занимались любовью. Что-то не заметно было, чтобы он очень расстроился. Джил тогда убедила себя, что Мэттью просто работает под любителя, техника у него такая; сегодня она уже сомневалась. «Не соврал ли про диплом университета Небраски?»

Джил по-прежнему молча следила за смятенным Мэттью. Вот напасть. Только она решила, что все у них распрекрасно, только сама созрела для серьезных отношений, как партнер превращается бог знает в кого.

Еще в самолете, когда летели из Нью-Йорка, Джил пришло в голову, что им на время стоит расстаться, сделать перерыв. Быть может, разлука — именно то, что нужно, чтобы вернуть прежние чувства. Хватило же ей духу бросить (на время) Клуб желаний… о котором, к слову, задумывается все чаще.

Она встречается с Мэттью всего два месяца, но даже за такой короткий промежуток успела отколоться от всех подруг. Никого не видит, никому не звонит. Работа пошла псу под хвост. По совету Мэттью она наплевала на открытие собственной выставки. А у него, если подумать, вообще нет друзей, — во всяком случае, Джил никого не встречала. Не странно ли? Он объяснял это тем, что недавно переехал в Чикаго из штата Небраска, где у него была студия в Линкольне. Но Джил никогда не слышала, чтобы он рассказывал о городе или о тамошних художниках. По сути, она ничегошеньки не знает о нем, о его прошлом, о детстве. Ни малейшего представления о его семье. Они никогда об этом не говорили. Поначалу Джил даже нравилось, что ему не интересно, какую кашу она ела на завтрак во втором классе или как звали ее первого парня. Но теперь-то неплохо было бы и узнать, хотя бы откуда он родом?

Вдруг показалось, что их отношения усеяны красными флажками, которых прежде она и не замечала; будто посреди трассы скоростного спуска нежданно-негаданно выросла слаломная разметка. Кто этот человек? Незнакомец. И похоже, не совсем… нормальный.

Представление об идеальном парне разваливалось на куски буквально на глазах у Джил.

Надо убираться отсюда. Немедленно. С ним определенно что-то неладно.

— Наверное, ты просто устал, милый, — по возможности мягко сказала Джил. — Лично я страшно устала — перелет и все такое. Тебе надо хорошенько выспаться. Вот увидишь, утром все встанет на свои места.

— А не пошла бы ты со своими гребаными советами? Ты мне что, мать родная? — Лицо его потемнело. Глаза зловеще блеснули. Сексуальной мальчишеской улыбки как не бывало.

Сердце Джил пустилось вскачь, но усилием воли она сохраняла спокойствие на лице. «Зачем, зачем я сюда прикатила? Интуиция ведь подсказывала…»

— Нет, я… — Джил запнулась. — Я в толк не возьму, о чем ты говоришь, милый, ну и подумала, что если ты…

Она бросила взгляд на дверь у него за спиной. Он перехватил этот взгляд.

И улыбнулся. Прежней улыбкой. Той самой, от которой захватывало дух.

— Прости, Джили. Прости. Не знаю, что на меня нашло. Я… Да, наверное, я устал. — Мэттью огорченно покачал головой. И вдруг нагло осклабился ей в лицо; так взрослый с издевкой ухмыляется ребенку, прежде чем заорать на него.

А потом он захохотал. Так дико и громко, что Джил подскочила на диване.

— «Портреты? Почему портреты?» — фальцетом передразнил Мэттью. — Дьявол! Это было… смешно! — Он смотрел на нее сверху вниз. — Я скажу тебе, почему портреты. Я их оставляю себе на память!

Кровь застыла у нее в жилах, холодный пот струйкой пополз по спине, ладони противно взмокли. Джил с трудом выдавила подобие улыбки, еще пытаясь делать вид, что все нормально. Поднялась на ноги.

— Ладно, Мэттью. Я приду завтра. Завтра и поговорим.

— Нет, останься. Мне бы очень хотелось, чтоб ты осталась.

— Мне действительно пора. — Ее голос дрогнул.

Он загородил ей дорогу.

Джил попыталась обратить все в шутку, хотя теперь знала наверняка: он не шутит.

— Не валяй дурака, Мэттью. Я хочу домой.

Попробовала проскользнуть мимо — он снова отрезал путь. До двери было не больше полуметра, но перед ней стоял Мэттью.

Джил фальшиво улыбалась, судорожно прикидывая свои возможности. Звукоизоляция в доме ни к черту — ей ли этого не знать после стольких ночей, проведенных у него. Сосед за стенкой идет в туалет — и то слышно. Если рвануть к двери и закричать…