Бен Элтон - «Номер один»

– Разумеется, это нужно прокрутить до первого перерыва, чтобы можно было перейти сразу в гостевую комнату и отснять ссору с сэндвичами и уже мокрым Родни?

– Простите… – повторил опять Родни.

– Таким образом, бригада сможет передохнуть, нам не придется два раза переходить с места на место, да и Родни подсохнет, и не придется тратить десять минут на парикмахера и гримера во время съемок, ну и на то, чтобы ему микрофон прикрепить.

– Простите…

– Одну СЕКУНДУ, Родни! – рявкнул Кельвин, перед тем как снова повернуться к Тренту. – Это ведь самое экономное решение?

– Ну, наверное, это вариант, босс… Я хотел снять прослушивание и то, как Родни оскорбляет малышку-«сморчка», сразу после перерыва, потом, придерживаясь этой линии, пройти остаток утренних одноразовых «сморчков», снять вторую часть ссоры Родни и Берилл и эпизод с кофе прямо перед обедом, чтобы можно было перевести бригаду и мокрого Родни в гостевую комнату и отснять ссору перед самым перерывом. Таким образом, у Родни будет целый обеденный перерыв, чтобы высохнуть, а мы сможем начать работать после обеда с прикольных разговоров Родни по мобильнику, ведь нам нужно продолжать эту историю…

– Трент? – вклинилась Пенни, монтажер. – Мне очень не нравятся разорванные истории. Я каждый раз говорю об этом. Разорванные истории – это кошмар для монтажа.

– Правильно, – сказали костюмеры.

– Поддерживаю, – присоединились гримеры.

– Тоже «за», двумя руками, – подхватили парикмахеры.

– Может случиться все, что угодно, – продолжила Пенни, на эту тему она могла говорить много часов не замолкая. – Помните, как в прошлом году, когда мы закончили снимать первую половину истории с милым малышом и тут Родни оса ужалила в нос?

– Простите… – сказал Родни.

– Это был кошмар для монтажа! Родни выглядел нормально, и вдруг через две секунды нос у него стал размером с яблоко. Создавалось ощущение, что нос раздуло в середине предложения.

– Мы старались изо всех сил, – сказали гримеры.

– И мы, – сказали осветители.

– Да ладно там нос, – сказала костюмерша. – А как насчет фрапучино, который он пролил на рубашку, когда его ужалила оса? К тому же я одела его тогда в темное. Просто дура.

– Простите, – сказал Родни.

– Одну СЕКУНДУ, Родни, – рявкнул Кельвин. – Народ! Нужно сосредоточиться. Не стоит вспоминать старые обиды. Запись программы начинается завтра! Итак, давайте примем решение. В каком костюме Родни будет сразу после обеда?

Сотрудники соответствующих отделов вновь открыли огромные папки и уткнулись в них.

– Мы запланировали виртуальную поездку в Дублин после одноразовых «сморчков», чтобы отснять ирландских «сморчков» вместе с британскими, то есть Родни наденет футболку игрока в регби в День святого Патрика. Поэтому, если потом нам придется снимать вторую половину ссоры с Берилл, нам нужно будет снова его переодевать.

– К тому же, – сказали реквизиторы, – нам придется перемещать фигурку лепрекона и убрать трилистник.

– Видишь, – сказал Кельвин, – не имеет смысла расщеплять историю.

– Мы можем отснять ирландских «сморчков» после обеда? – спросил Трент. – И только после этого лететь в Дублин?

Помощница видеорежиссера имела веский довод против.

– Все билеты уже раскупили. Последний дешевый рейс обратно вылетает в два тридцать. Нам придется оставлять их на ночь, а бюджет командировочных исчерпан.

Кельвин повернулся к Тренту, пожимая плечами.

– Сам видишь, Трент, я не думаю, что стоит расщеплять историю и снимать вторую половину перед обедом…

– Прости, Кельвин? – сказал Родни.

– ДА, РОДИК! В чем дело?

– Ты сказал… что Берилл выплескивает на меня кофе?

– Кажется, именно это мы обсуждали последние десять минут. Да.

– Я думал, мы договорились.

– О чем договорились?

– Что мы не будем устраивать ничего подобного в этом году.

– Что устраивать?

– Плескать водой в меня. Я думал, мы договорились, что эта шутка надоела.

– Все верно. Мы договорились. Плескать водой? Очень надоело. Очень уж в стиле «Х-фактора» и «Поп-идола». Шерон Осборн, Льюис Уолш, они все это делали. Плескать водой – это так немодно.

– Да, и… – попытался вклиниться Родни.

– И поэтому мы решили, что Берилл стоит плеснуть в тебя кофе.

– Ты серьезно считаешь, что это в корне меняет дело?

– Ну конечно. В шоу «Номер один» кофе – новая вода. Я рад, что ты заговорил об этом, Родик.

– А-а-а… хорошо. Всегда рад помочь.