John Irving - Правила Дома сидра

Что бы они делали без нее, не переставал задавать себе этот вопрос д-р Кедр. Коробка была вторым таким большим по размеру подарком. Первым была сама Каролина. Прислал ее Гомер, уговорил расстаться с кейп-кеннетской больницей. Он знал, что она, как и д-р Кедр, верит в «работу Господню». И сказал ей, что там она нужна, как нигде. Но и сестра Каролина не сразу справилась с коробкой.

– Кто ее оставил? – спросила миссис Гроган.

– Какая-то женщина по имени Лорна, – ответила сестра Анджела. – Я ее никогда раньше не видела.

– И я тоже, – прибавил д-р Кедр.

Коробку наконец вскрыли, но загадка не прояснилась. В ней было огромное пальто, в которое поместились бы две миссис Гроган. Оно было военного покроя, явно со складов солдатского обмундирования, и предназначалось, очевидно, для тех, кто проходит службу на Аляске, – с капюшоном и меховым воротником. Миссис Гроган померила его и осела под его тяжестью. Потеряла равновесие и зашаталась, как волчок на исходе вращения.

В пальто было множество потайных карманов, наверное, для оружия и походного снаряжения.

– Или для отрубленных конечностей врага, – мрачно пошутил д-р Кедр.

Вспотев и совсем потерявшись в пальто, миссис Гроган сообщила, что она его носить не будет. Вдруг в одном из карманов нащупала деньги. Вынула их, сосчитала и сразу все поняла. Ведь именно эту сумму взяла у нее из кошелька Мелони, когда уходила из Сент-Облака, прихватив с собой и пальто. Было это пятнадцать лет назад.

– Боже мой! – воскликнула миссис Гроган и лишилась чувств.

Сестра Каролина бросилась на станцию. Но поезд Лорны уже ушел. Очнувшись, миссис Гроган заплакала и долго не могла успокоиться.

– Дорогая моя девочка, – причитала она сквозь слезы; все успокаивали ее, но о Мелони никто не сказал ни слова.

И Кедр, и сестры Анджела с Эдной все еще помнили, каким она была кошмаром для всех. Д-р Кедр померил пальто, но и для него оно было слишком велико и тяжело; он походил в нем немного, перепугав одну из девочек, вышедших в коридор посмотреть, почему миссис Гроган так громко рыдает.

Кедр обнаружил в другом кармане что-то еще – несколько обрывков медной проволоки и кусачки с резиновыми для изоляции ручками.

– Бьюсь об заклад, она ограбила какого-то электрика, – шепнул он на ухо сестре Анджеле по дороге в больничное отделение.

– Причем огромного роста, – ответила та.

– Послушайте, вы двое. Пальто добротное, почти новое, – пристыдила их сестра Эдна. – По крайней мере, ей в нем будет тепло.

– И дня не проносит, получит от него инфаркт, – сказал д-р Кедр.

– Это пальто буду носить я, – решила сестра Каролина. И тут только д-р Кедр со своими старыми сестрами заметили, что новая сестра не только молодая и энергичная, но что она большая и сильная и немножко похожа на Мелони, если забыть жестокость и вульгарность их воспитанницы (да еще если бы Мелони была марксисткой, подумал д-р Кедр, и… ангелом).

С тех пор как Гомер и Кенди уехали из Сент-Облака и увезли с собой сына, Кедр был явно не в ладах со словом «ангел» Его вообще беспокоило теперешнее устройство жизни Гомера К его величайшему удивлению, эта троица – Гомер, Кенди и Уолли – как-то умудрялись справляться с ситуацией. Но он не представлял себе, как и какой ценой. Он знал, конечно, что Анджел – желанный ребенок, горячо любимый и что над ним все трясутся, иначе он не молчал бы. Но все остальное не так-то легко принять молча. Какой договор они заключили между собой, устроивший всех?

«Но я-то как могу требовать честности, – говорил себе д-р Кедр. – Я – с моими фиктивными историями в „летописи“, с выдуманной сердечной болезнью, с Фаззи Буком»?

И что он может сказать им о сексе – он, проведший ночь с матерью на глазах у дочери, одевавшийся при свете ее горящей сигары и допустивший, чтобы молодая женщина, которой ради хлеба насущного пришлось сосать пенис пони, умерла страшной преждевременной смертью.

Кедр посмотрел в окно на яблоневый сад, росший на склоне холма. Этим летом 195… года сад был на загляденье хорош, яблоки в темной зелени крон уже круглились – одни красными, другие белесыми бочками. Деревья так выросли, что сестре Эдне трудно их опрыскивать. Надо попросить сестру Каролину ухаживать за садом. Он напечатал на машинке напоминание себе и оставил в каретке. От жары у него все плыло перед глазами, он пошел в провизорскую и растянулся на кровати. Летом все окна нараспашку, можно побаловать себя чуть большей дозой эфира.