Ян Войк - Изнанка

– Кстати, у Богомольцев мы ведь один труп всё-таки нашли, – вспомнил Милавин.

– Правда? Очень интересно, – Лёха оставил полупустую тарелку. – И что за труп?

– Самоубийца, – объяснил Иван. – Один из них пустил себе пулю в голову. Его тело не тронули.

– Ну, естественно, – пренебрежительно усмехнулся Кукловод. – Он ведь охотник, а не падальщик.

– Хочешь сказать, ты знаешь, кто это делает.

– Знать, конечно, не знаю. Но, учитывая все факты, предполагаю. А вариант получается всего один…

Он выжидающе глянул на Ивана как учитель, который ждёт от способного ученика, что тот вот-вот сам, без всякой подсказки, найдёт решение сложной задачи. Поводырь промолчал, пережёвывая кусок яичницы.

– Ты не догадываешься?

– Нет, – Иван упорно не хотел участвовать в этой игре.

– Я думаю, это Пожиратель.

– Пожиратель Душ? – Поводырь едва не рассмеялся собеседнику прямо в лицо.

– Да. А что? – не было похоже, что реакция собеседника удивила Кукловода, он ждал чего-то подобного.

– Брось, Лёха! Ты ещё начни рассказывать про Источник возрождения и про двери храмов, которые открываются перед избранными.

– Зря ты так, – Лёха всё-таки смутился и снова взялся разливать коньяк. – Если ты чего-то не видел, это не значит, что этого нет. Лёнька Музыкант, я его сам знал – он дурак дураком был! – ходил по посёлкам, бренчал на гитаре и пел всякую ерунду про Бога и прощение. А как-то раз, мне рассказывали ребята из посёлка возле Новодевичьего, подошёл к воротам монастыря, перекрестился и потянул за край, а они и открылись. Он повернулся, поклонился в пояс всем, кто смотрел и вошёл внутрь. Ворота закрылись.

– Ну, я сам этого Лёньку Музыканта никогда не видел, но слышал, что он вошёл не в Новодевичий монастырь, а прямо в храм Василия Блаженного. Кстати, рассказывал мне об этом мужик, которому рассказывал его приятель, который сам всё видел своими глазами. Это легенды, Лёха. Просто болтовня.

– Да, но ведь Лёнька действительно был!

– Был, скорее всего, – согласился Иван. – Но куда он делся, никто не знает. Может, сожрал кто, может, сам призраком стал. Но персонаж был яркий, вот про него и придумали легенду. Куда ж мог деться полудурок, певший про Бога, как не уйти в один из храмов?!

«А ведь Иван захмелел, – подумал Андрей, покосившись на своего напарника. – Спорит, доказывает чего-то. Эк его накрыло с коньяка». Впрочем, Милавин и сам ощущал лёгкий шум в голове и небрежность мыслей. Толком выспаться этой ночью не удалось, и коньяк накладывался на усталость.

– Ладно, хрен с ним, с Музыкантом. Давайте за взаимопонимание, – Кукловод снова поднял бокал.

Они чокнулись. Иван опрокинул коньяк в себя, снова захрустел неочищенной долькой лимона. Андрей сделал крошечный глоток и щедро закусил оставшейся у него на тарелке яичницей.

– А что касается Пожирателя…

– Лёха! То есть, ты правда считаешь, что где-то здесь бродит непобедимая тварь, которая пожирает всё на своём пути?

– Не надо настолько утрировать, – усмехнулся Кукловод, – Если бы он действительно, как комбайн, жрал всё на своём пути, то его легко можно было бы выследить за эти два года. А от Дорогомилово до Сокола он бы уж точно не смог пройти незамеченным.

– Вот-вот, – кивнул Иван, – То, что уничтожает посёлки, внезапно появляется и исчезает. А не тупо прёт через город.

– Согласен с тобой, – Лёха ткнул в сторону Поводыря указательным пальцем. – Этот Пожиратель немного отличается, от того… хм, канонического. Но тем ни менее, остановить его никому ещё пока не удавалось, и поедает он всё без остатка, так почему бы не назвать его Пожирателем.

– Да как его называть – это дело десятое. Важно кто он такой и как его остановить.

– Я думаю, это колдун. Причём очень сильный колдун. Намного сильнее, чем ваш покорный слуга. – Лёха позволил себе скромную улыбку. – А насчёт того, почему он появляется внезапно и исчезает бесследно, тут у меня тоже есть кое-какие идеи.

Он сделал паузу, ожидая, что кто-нибудь спросит его, что же это за идеи. Но Андрей уже давно не вмешивался в разговор, предпочитая слушать, а Ивану хватило выдержки промолчать. Пришлось Кукловоду продолжать самому.

– Он приходит с другого плана. Вот и всё.

– Откуда? – Милавин всё-таки не смог промолчать.

– Из глубин бытия. Оттуда, куда уходят все призраки.

– То есть с нижних слоев?

– Ну-у-у, – укоризненно протянул Лёха, сморщив нос, – Что за слово такое «слои»?! Глупое и простецкое, мы ведь не луковицу здесь чистим. Мы говорим о посмертном существовании души. Какие к чёрту слои!? Это – планы, планы бытия. Есть верхние и нижние планы. А мы с вами сейчас находимся на среднем плане.