Ян Войк - Изнанка

– Андрей, к выходу! Бегом! – знакомый хрипло лающий голос, показался Милавину слаще любой музыки.

Андрей вскочил, краем глаза заметил какое-то движение возле паркетника, дважды выстрелил в ту сторону, не целясь, и юркнул между «Мерседесом» и «Ауди».

Иван сидел на одном колене, приклад автомата вжат в плечо.

– Бегом! Бегом!! – подхлестнул он напарника.

– Тут ещё двое, – Милавин перепрыгнул через труп людоеда на асфальте.

– Знаю.

Андрей неуклюже перекатился через капот очередной легковушки – проклятый рюкзак – и бросился к выходу. Позади снова загрохотала автоматная очередь, он не оглядывался, поэтому не знал, попал Иван в кого-то или нет.

Поводырь нагнал его у самого выхода с парковки.

– Налево!

Милавин понимал, что спорить сейчас равносильно самоубийству, поэтому подчинился. Они бежали по набережной, снова двигаясь в первоначальном направлении, а Болотная площадь и Каменный мост оставались у них за спиной. Не прошло и минуты, как они выскочили на перекрёсток. Набережная тянулась дальше, налево вела широкая улица, переходящая в Устьинский мост, а справа – ещё один мостик, перекинутый через Водоотводный канал. От Москвы-реки к ним приближалась небольшая группа – семь-восемь человек – до них было больше двухсот метров. Они заметили беглецов, кто-то даже вскинул длинный ствол охотничьего ружья, прицеливаясь. Иван на бегу дал по ним длинную очередь, и это заставило преследователей рассыпаться и искать укрытия за припаркованными автомобилями и фонарными столбами.

– Не залипай! Прямо! Прямо!! – Поводырь подтолкнул в спину Андрея, который замедлил шаг.

Людоеды начали стрелять в ответ. Одиночная пуля, надсадно свистнула чуть впереди Милавина, ещё одна, не долетев до него метров пять, ударила в асфальт, выбивая крошку. Андрей пригнулся всем телом к земле, но продолжал бежать. Ещё один выстрел. Куда ушла эта пуля, он не видел.

Откуда-то из глубин памяти судорожно всплыла фраза, некогда прочитанная в одной из книг: «Не бойся пуль, которые свистят вокруг – они пролетают мимо, а ту, что убьёт тебя, ты всё равно не услышишь».

Снова выстрел. Рюкзак сильно дёрнуло вправо, он потащил Андрея за собой, и тот, вильнув, завалился на бок, но не дал себе упасть, оттолкнулся рукой от асфальта, сделал несколько шагов на четвереньках, выпрямился и побежал дальше. Иван пыхтел где-то за спиной, не отставая.

«… Бывал ли автор этой фразы под обстрелом?! Наверное, да. Никто не имеет права рассуждать о мужестве и храбрости, пока не слышал, как летят пули над его собственной головой».

Ещё один пронзительный свист, где-то совсем рядом.

«На этот раз мимо…»

Наконец – кажется, что прошло несколько часов! – они оставили позади перекрёсток и скрылись за углом, выйдя из-под огня. Милавин с разбегу обнялся со стволом толстенного тополя и буквально повис на нём, жадно глотая воздух.

«Живой. Живой!!! Живой…»

– Нужно убираться с набережной! – Иван присел на углу здания, короткими отработанными движениями сменил магазин в автомате. – Поищи проход во дворы. Давай-давай!

Андрей заставил себя отлепиться от дерева и побежал вперед по набережной. Проскочил мимо серых двухэтажек, дверей видно не было, а окна были забраны решётками. Потом слева начался черный решётчатый забор, больше двух метров высотой, он огораживал внутренний дворик с аккуратным газоном и детской площадкой в глубине. А дальше вдоль набережной вытянулось белое здание с огромными окнами и широким ступенчатым крыльцом, где темнели сразу три двери.

Сзади снова загремела пальба. Андрей оглянулся и увидел, как Иван, дав короткую очередь, отпрянул обратно за угол, а с улицы зазвучали ответные выстрелы.

«Ничего не закончилось…»

Перепрыгивая через ступеньки, Милавин взлетел на крыльцо и рванул на себя центральную дверь, та послушно открылась.

– Иван, сюда! – он первым вошёл в здание, держа «ТТ» двумя руками перед собой. Просторный холл, в углу целая оранжерея из разлапистых папоротников, справа за стеклянной стенкой помещение для консьержа, а прямо уходит затемнённый коридор с дверями лифтов на левой стене и доской объявлений – на правой. Андрей осторожно прошёл по коридору, он уже миновал лифты, когда в двери заскочил Иван.

– Не тяни! – снова начал подгонять он. – Нужен проход. Быстрей давай.

Милавин, ускорив шаг, добрался до конца коридора. Здесь были две двери. Он попробовал открыть одну, вторую – обе оказались заперты. Но замки, да и сами двери хлипенькие, можно выбить.