Борис Пугачев - Зеркало для слепого

— Ну что вы, Родион Иванович! Это всего лишь оценка ситуации. Реалии, так сказать.

— Если я не соглашусь, то завтра все подадут заявления об уходе?

— Не знаю. Вполне возможно. Коллектив хочет самостоятельности.

— А вы в курсе, на какую сумму мы дотировали ваше подразделение за последний год?

— За время моего руководства дотаций почти не было. По периоду Юриной работы я не осведомлен. Юра был вашим компаньоном, и я не вправе вмешиваться. Кроме того, в основном все касалось ювелирки, а о ней мы не говорим. Она практически закрыта.

— Удобная позиция. Да-а-а… Денек сегодня. Я должен обдумать ваше предложение. Дня три-четыре мне на это потребуется.

— Конечно, конечно, Родион Иванович. Эго не так срочно. Мы подождем. С вашего позволения, я откланяюсь.

— Хорошо, но вы тоже подумайте о своем предложении. Потянете ли? Коммерция — дело тонкое.

— Мы хорошо все обдумали. Это наша позиция. Она окончательная. Я побежал…

— Счастливо.

Родик подошел к окну и уставился на грязный, освобождающийся от снега двор. Вскоре он увидел выходящего из подъезда Игоря Николаевича, который, слегка сгорбившись, направился в сторону метро. От разговора остался неприятный осадок. Вероятно, Родик не ожидал такого поворота событий, считая Игоря Николаевича далеким от коммерции интеллигентом. Ошибаться он не любил или все еще не привык к этому и расценивал полученное предложение как нечто, близкое к предательству. Масса мыслей зароилась в его голове: «Вот змею пригрел. Интересно, это он сам придумал или кто-то на камнерезке завелся слишком продвинутый? Ни кола, ни двора, опыта ноль, а туда же, в самостоятельные коммерсанты. Хотя, наверное, это естественно. Может, сразу надо было брать его в учредители вместо Юры? Но тогда всех руководителей подразделений надо в учредители вводить… Чушь! Однако такой ход сегодня способен сделать любой работник. Все хотят самостоятельности. Их этому государство научило. А вот сумеют ли? Об этом не сильно задумываются. Многого не знают. Наедут на них, например, алексеи — что делать станут? Опять же бухгалтерия, офисные расходы, проверки и многое другое, о чем они даже не догадываются. Просто смотрят, что владельцы предприятий финансово обеспечены лучше, и хотят того же. Не представляют, на что себя обрекают. В этом сегодняшняя действительность. Сверху донизу. Распад Союза на самостоятельные республики. Как следствие — распад промышленности на самостоятельные предприятия с ломкой связей и координации.

Даже при социалистической кооперации получалось огромное количество нестыковок. То ручек для лопат делали больше, чем лопат, то наоборот. А тут будет кошмар. Как у дмитровского производства бус. Никто этого не понимает. Наоборот, продолжают предприятия дробить. Даже до нас докатилось. А что тут поделать? Насильно их не удержишь. Да и надо ли? Пусть в одиночку поплавают. Сами прибегут назад. Камнерезка не столь уж лакомый кусок. Отпустить их с миром, а оборудование забрать. Законсервировать или на даче установить и по выходным развлекаться. Подумаем. Посоветуемся…»

Раздался щелчок открывающейся двери, и Родик инстинктивно развернулся в ее сторону. Михаил Абрамович, войдя в переговорную, спросил:

— Отчеты в бухгалтерию передать или будешь смотреть?

— Буду смотреть. Неси сюда. Вдруг там тоже какой-нибудь сюрприз. День сюрпризов. Знаешь, что Игорь Николаевич просит?

— Откуда? Он со мной ничего не обсуждает.

— Самостоятельности! Вернее, не просит, а ультимативно требует. Товарищество хочет регистрировать. Нам милостиво долю предлагает. В тихом омуте черти водятся.

— И что ты ему сказал?

— Ничего. Взял тайм-аут. Кроме того, есть чем сегодня заниматься. Вечером предстоит нелегкий разговор с Леной и Наташей. С «негоциантами» полная неясность. Да и милиционер хочет меня опросить. Так что еще конца проблемам не видно. Ну и денек…

— Да, сегодня день насыщенный. Я пошел за отчетами, а то уже начало пятого. Нам часа два потребуется.

Около семи Родик, извинившись перед милиционером, сообщил, что опаздывает на очень важную встречу.

— Мы заканчиваем, — успокоил тот. — Я дописываю. Поставьте подписи на своем объяснении и свободны. Перед этим прочитайте, конечно. Вот… Все готово.

Родик бегло прочел заполненный от руки бланк под названием «Объяснение». Не считая некоторых стилистических и грамматических ошибок, все соответствовало его словам.

— Где подписаться? — спросил он.