Борис Пугачев - Зеркало для слепого

— Давайте, Родион Иванович, мэкнем [17] Мэкнуть ( феня ) — выпить спиртного. для прояснения мозгов.

— Не помешает… Я почему к вам с этим обратился. Есть у меня подозрения, что идет разборка в связи с какими-то проблемами — может, с отдачей кредитов или с поставкой товаров, что, впрочем, одно и то же. Если это так, то по вашей линии, наверное, есть шанс хотя бы получить информацию.

— Вообще-то это не наша тема. Мы не шапиры [18] Шапиро ( феня ) — адвокат. , но для вас постараемся что-то прояснить. По опыту скажу: если его зачалили, чтобы почирикать, и он пургу нести не станет, то сегодня до вечера появится. Если нет — то ему амба. По понятиям пацаны его так просто не отдадут. С ворами надо будет сговариваться. Может случиться и худшее. Могли и завалить…

— Не надо о таком думать. Что его, так прямо с первого разговора убить способны?

— Разное бывает. Даже с фуфлыжниками. Возможно, схема или заказ. Что гадать… Попробуем прояснить ситуевину.

— Заранее спасибо.

— Пока не за что. Хавать будем?

— Будем, — ответил Родик, ловя себя на мысли, что жаргон начал им восприниматься, как нечто обычное. — Я съем мясо по-французски. Есть еще некоторая информация, которую необходимо знать. У меня на складе лежит одежда, которую завез в Москву из Италии пропавший родственник. Я ее задержал в счет гарантии получения товаров по моим оплатам. Могут возникнуть вопросы о стоимости этой одежды. По документам она существенно больше, чем долг мне. Однако это ни о чем не говорит. Одежда — сложная для реализации позиция. Она вообще может зависнуть. Плюс неходовые размеры… В общем, я согласен отдать всю эту одежду при условии возврата мне долга с известным банковским процентом за время задержки поставки. Это где-то около девяноста тысяч долларов. Я, естественно, при этом, с учетом известных вам обстоятельств, по кредиту буду в пролете. Но это проблема моя. Спишем это на родственные отношения, хотя потерянная возможная прибыль — тысяч тридцать. В них и ваша доля.

— Это уже другая тема. Возврат долгов. Надо обсудить ее отдельно. Это работа, требующая оплаты. А почему я раньше ничего не знал?

— Причины вас привлекать не было. Все шло гладко в рамках обычного бизнеса.

— Как же гладко, если чужой товар заныкали?

— Ничего не заныкали. Сергей сам попросил его подержать на нашем складе. Проблемы-то начались несколько дней назад.

— Угу… Это работа. Наша тема. Надо договориться об оплате.

— Предлагайте, хотя мне кажется, что еще ничего не произошло и делить шкуру неубитого медведя рано.

— Пятьдесят процентов. Вам это известно по опыту с болгарами.

— Ничего себе!

— Таков закон.

— Не согласен. Залог находится у меня. Мне выгоднее заняться его реализацией. Кто знает, может, я еще и прибыль получу.

— А если возникнут проблемы? На этот залог могут претендовать и другие.

— Как? Это мой залог. Считайте, что я купил эту одежду на те деньги, которые отдал Сергею.

— Надо разбираться — чей товар, на чьи деньги куплен… Вы говорите, что на ваши. Другие скажут, что на их. Переведут по вашему долгу стрелки лично на этого Сергея, а про товар заявят, что он собственность Торгового дома. В общем, вопрос перетирать нужно. На склад еще наедут, если о месте нахождения товара выяснили. Думаю, что выяснили. Они вашего фуфлыжника прессанут. Он посвистит, посвистит, да и забздит. На луну кому хочется? Кстати, и у вас могут быть проблемы. Кинут вам предъяву, что вы чужой товар заныкали…

— У меня документы есть.

— Документы — это хорошо, но вдруг и у них бумажки найдутся? Тогда разборка по понятиям пойдет. Вас вообще слушать никто не станет. В этом раскладе вы выступаете как барыга. Пояснить?

— Нет, не надо.

— О возврате бабок за этот товар, полагаю, даже и думать глупо. Если все так, как вы предполагаете, то на них уже лапу наложили. Атмосферу будем прояснять, но готовиться нужно к тому, чтобы весь товар отбивать. Условия те же.

— Да… Может быть, вы и правы. Живой пес лучше мертвого льва. У всякой вещи два конца. Я подумаю. Давайте к этому вопросу вернемся позднее, когда ситуация с Сергеем прояснится. Вдруг это все наши фантазии. Ну, еще по одной выпьем перед горячим…

Возвратившись в офис, Родик удивился царившему там спокойствию. Михаил Абрамович, сидя за своим письменным столом, принимал документы у сотрудника, приехавшего с производства терраблоков. Бухгалтер о чем-то вполголоса переговаривалась с милиционером. Остальные тоже занимались своими делами.