Збигнев Ненацкий - Остров преступников

Трое неизвестных спустились до Вислы, но не в том месте где песчаная дорога вела к воде и где когда-то приставал паром, а чуть дальше у кустов. Оттуда послышался шорох, потом стук весел о борт лодки. Этот звук очень характерный, потому что корпус лодки резонирует и вода несет отзвук далеко — далеко.

Вдруг нас окружила группа ребят.

— Лучники!..

Вильгельм Телль приложил мне палец к губам.

— Там браконьеры, — шепнул он. — Понесли свои ловушки. Здесь в лесу в них уже попалось несколько зверей. Теперь браконьеры забрали ловушки на другую сторону реки. У них есть лодка и небольшой резиновый плотик.

Я вскочил.

— Надо их задержать, — шепнул я Теллю, — не дать им уехать. Или может… — я подумал, что мог бы догнать браконьеров на своем «саме».

Парень покачал головой.

— Они вооружены. Мы рассмотрели — у них ружья.

Я понял Телля. Если бы браконьеры увидели, что мы хотим догнать их или следим за ними, то наверное стреляли бы. Нельзя подвергаться такой опасности.

— Браконьеры оставили в лесу три железные ловушки. Видимо завтра или послезавтра они вернутся, чтобы посмотреть, не попало ли туда что, — рассказывал мне Телль. — Мы выследим их и тогда всем отрядом схватим.

Это действительно неплохая мысль. Только обидно было слышать, как бренчало железо, которое браконьеры положили на плотик. Затем заскрипели уключины на лодке и заплескалась вода под веслами. Браконьеры поплыли от берега.

Чтобы нас не заметили, мы ползком двинулись к берегу. Мы ясно видели их: три человека сидело в лодке, а позади него на длинной веревке был прикреплен резиновый плотик.

— Зачем он им? — Удивился Соколиный Глаз.

Мне было вполне понятно.

— На плотик положили оружие, ловушки и добычу. Если бы, например, сейчас проезжал катер речной милиции, браконьеры сразу бы отцепили плотик от лодки, и он поплыл бы по течению. Если бы милиция даже заметила этот плотик и то что на нем лежит, никто не смог бы доказать, что лодка тянула его на буксире. Браконьеры могли бы отговориться тем, что плотик плывет по реке невесть откуда.

— Не выдержу, действительно не выдержу, — повторял Вильгельм Телль, возбужденно подпрыгивая на одной ноге.

Он молниеносно снял с плеча лук и прежде чем я успел удержать его, натянул тетиву. Мы услышали как она тихонько пискнула и стрела полетела вслед лодке.

— Что ты сделал, Телль? — Удивленно спросил я, еще не поняв, одобрить его поступок или осудить.

Однако Телль и в мыслях не думал слушать меня. Он достал еще одну стрелу и снова выстрелил вдогонку браконьерам.

Мы затаили дыхание, ожидая, не услышим ли с лодки какого-то восклицания. Но на реке было тихо, только поскрипывали уключины весел. Лодка медленно исчезала в темноте, окутавшей реку.

— Не попал! — Решил Соколиный Глаз. Вильгельм Телль злорадно засмеялся:

— Нет, попал. Я стрелял не в браконьеров, а в резиновый плотик. И наверняка попал. Теперь из него выходит воздух и он утонет прежде, чем это заметят браконьеры.

Мы ждали.

Уже не было видно ни лодки, ни плотика. Вдруг послышались разъяренные голоса, звучавшие где-то посреди реки. Уключины уже не скрипели, кто-то громко кричал, кто-то ругался.

— Плотик утонул! Утонул! — Вильгельм Телль танцевал на берегу Вислы. Другие ребята тоже радостно подпрыгивали, размахивая руками.

— Утонуло их оружие! Утонули их ловушки! — Выкрикивали гарцеры, поняв, какой вред они нанесли браконьерам.

Еще некоторое время из темноты над рекой доносилась до нас громкая ругань. Затем все стихло…

На следующий день было воскресенье и антропологи отдыхали. Погода по всем приметам должна была быть солнечная, поэтому студенты вытащили из палаток резиновые матрасы, положили их на берегу Вислы и легли загорать. Только господин Опалка молча работал с самого утра, моделируя на деревянном постаменте череп, который принесли из леса гарцеры.

Готовя завтрак, я сидел возле своей палатки. Весь экспедиционный лагерь был у меня перед глазами. Я заметил, что полог господина Кароля до сих пор закрыт, — это вероятно означало, что его хозяин еще спит. Возле него крутилась Заличка, празднично одетая, с тщательно заплетенными косичками. Могло показаться, что девушка нетерпеливо ждет, когда наконец проснется пан Кароль, но разбудить его осмеливается.