Артур Хейли - Перегрузка

Ним покачал головой:

— Я не уверен. Фракция Рея, девиз которой: «Не раскачивайте лодку», все еще достаточно влиятельная. Кроме того, лишь немногие в нашей компании сознают, что будущий электроэнергетический кризис уже не за горами. — Он потянулся и зевнул. — Ну да хватит переживаний на сон грядущий!

— Скоро уже утро, — поправила его Руфь. — Сейчас почти час ночи. Как бы там ни было, вчерашний день стал для тебя удачным. И я рада, что ты заслужил справедливую оценку в прессе. — Руфь показала на лежавший рядом вечерний выпуск «Калифорния экзэминер».

— Это настоящий сюрприз. — Ним несколько часов назад прочитал отчет «Экзэминер» о своем выступлении на съезде. — Никак не могу понять эту Молино. Я-то не сомневался, что она снова вонзит в меня нож да еще с удовольствием повернет его.

— Неужели ты до сих пор не знаешь, что мы, женщины, непредсказуемы? — проговорила Руфь, подбросив язвительно: — Я думала, твои исследования убедили тебя в этом.

— Наверное, я забыл. Вероятно, ты заметила, что в последнее время я ограничил масштабы своих исследований. — Он наклонился и нежно поцеловал ее в шею, затем опустился в кресло напротив. — Как ты себя чувствуешь?

— В общем нормально, правда, устаю быстрее обычного.

— Я хотел спросить тебя вот о чем. — Ним описал свой разговор с Леа и сказал, что, по его мнению, не следует скрывать от детей вопрос о здоровье Руфи, чтобы в случае неожиданного ухудшения они были к этому готовы. — Как и ты, надеюсь, что этого не случится, однако мы должны помнить о таком повороте событий.

— Я тоже много думала об этом, — сказала ему Руфь. — Можешь возложить это на меня. В течение ближайших нескольких дней я выберу время и им расскажу.

Ним подумал, что ему не мешало бы так же все предвидеть. Руфь с ее здравомыслием и умением преодолевать трудности все сделает так, как это лучше всего для семьи.

— Спасибо, — сказал он.

Они еще некоторое время продолжали беседовать, спокойно и непринужденно, получая удовольствие от общения друг с другом. Потом Ним взял Руфь за руки.

— Ты устала. Я тоже. Пойдем спать.

Взявшись за руки, они отправились в спальню. Прежде чем выключить свет, он заметил время: половина второго. Они уснули почти сразу в объятиях друг друга.

В четверти мили от отеля Георгос Уинслоу Арчамболт сидел один в красном пикапе службы противопожарной безопасности. Он никак не мог дождаться трех часов ночи, когда начнут взрываться бомбы. Волнение Георгоса закипало, как в котле, возбуждая его сексуально. Поэтому несколько минут назад ему даже пришлось прибегнуть к мастурбации.

Просто трудно себе представить: так хорошо и гладко все шло. Отлично все было разыграно! С того самого момента, когда полиция расчистила дорогу к отелю для пикапа «Друзей свободы», их останавливали только дважды. Юта о чем-то спросил секьюрити в штатском, а Георгосу задал вопрос помощник управляющего, с которым он столкнулся в служебном лифте. Оба инцидента заставили Юта и Георгоса поволноваться, но предъявленные ими удостоверения сняли всякие сомнения. И в первом, и во втором случаях не вызвало подозрения отсутствие заказа-наряда на гостиничном бланке. В принципе так все и было задумано: ну кто станет препятствовать установке столь важных атрибутов противопожарной безопасности, как огнетушители? А те немногие, кто обратил на это внимание, решат, что кто-то распорядился о принятии дополнительных противопожарных мер.

Теперь оставалось только ждать — самая волнительная часть всей операции. Он специально припарковал машину на некотором расстоянии от отеля, чтобы не быть замеченным и, если потребуется, иметь возможность побыстрее унести ноги. Он подойдет к отелю ближе на своих двоих непосредственно перед тем, как начнется самое веселье.

Как только отель будет объят пламенем и люди окажутся в ловушке, Георгос позвонит на радиостанцию и передаст уже подготовленное им заявление. Оно содержало новые требования, то есть старые плюс некоторые новые. Его приказы будут исполняться немедленно, если эти фашистские власти осознают силу и изобретательность «Друзей свободы».

Георгос представлял себе, как власть имущие станут пресмыкаться перед ним… Только одна маленькая деталь беспокоила его — неожиданное исчезновение Иветты. Он сознавал, что дал слабину, и от этого ему было стыдно. Он должен был ликвидировать женщину еще несколько недель назад. Когда она вернется, в чем Георгос не сомневался, он проделает это немедленно. Тем не менее он был рад, что скрыл от Иветты свои планы относительно операции в отеле. О, этот исторический день войдет в анналы!