Артур Хейли - Перегрузка

Мэри, сколько ее помнил Ним, всегда поражала своей стройностью, теперь же она явно прибавила в весе. Причиной тому, разумеется, были переживания и заботы. Она даже внешне постарела. Хорошо бы, подумал Ним, чтобы заработало то, о чем только что рассказывал ему Уолли. Если это произойдет, им обоим станет легче.

Ардит выглядела чуть лучше, чем когда он видел ее последний раз, но не намного. Прежде красивая, спортивная и элегантная, теперь она превратилась просто в пожилую женщину. Но она улыбнулась Ниму и дружески поприветствовала его. У Нима отлегло от сердца. Они поболтали накоротке. Ним еще раз порадовался тому, что Уолли стал ходить. Мэри вспомнила, что по дороге кто-то рассказал ей про выступление Нима, и поздравила его с успехом. Ардит рассказала, что нашла еще несколько старых папок с бумагами Уолтера и хочет передать их «ГСП энд Л». Ним предложил забрать бумаги, если она пожелает.

— В этом нет необходимости, — поспешно заметила Ардит. — Я их вам могу послать. Их не так много, как в прошлый раз. — Она замолчала. — Ним, я что-нибудь не то сказала?

Раскрыв рот, он уставился на нее.

— Прошлый раз… Подшивки Уолтера Тэлбота!

— Ним, — повторила Ардит, — в чем дело?

Мэри и Уолли тоже с удивлением смотрели на него.

— Нет-нет, — выдавил он из себя. — Нет, я просто кое-что вспомнил.

Теперь он понял, какая часть информации не дошла до него после разговора с Гарри Лондоном и мистером Йелом в кабинете президента Эрика Хэмфри. Она содержалась в старых подшивках Уолтера Тэлбота, которые Ардит передала Ниму в картонных папках вскоре после смерти Уолтера. Тогда Ним только просмотрел их, теперь они хранились в «ГСП энд Л».

— Ну, мы, пожалуй, пойдем, — проговорил Уолли. — Рад был увидеться с тобой, Ним.

— Взаимно, — ответил Ним. — И удачи тебе во всем, Уолли!

Когда все трое ушли, Ним глубоко задумался. Итак, он вспомнил, что было в тех папках. Теперь он знает, что должен делать. Но вначале надо еще раз все внимательно перечитать. В следующие три дня. Сразу после съезда.

Суета, суета, суета! И всю жизнь так, размышляла Нэнси, мчась на своем «мерседесе» со скоростью, немного превышавшей допустимую. Она выискивала свободные места в потоке машин, внимательно посматривая в зеркало заднего вида, чтобы не нарваться на полицейский патруль. Напряженный ритм каждодневного бытия не позволял ей хоть на мгновение остановиться и передохнуть. Она поспешно продиктовала по телефону свой материал о Голдмане, который должен был появиться в вечернем выпуске, и теперь, уже опаздывая на десять минут, неслась на встречу с Иветтой.

Нэнси надеялась, что у девушки хватит ума подождать. Сегодня Нэнси предстояло разобраться в некоторых моментах по другому делу, для чего придется вернуться в редакцию «Экзэминер». Да, а кроме того, надо было выкроить время и заскочить в банк за деньгами. В четыре надо поспеть к дантисту, а вечером она обещала быть на двух вечеринках. На одной Нэнси обещала просто показаться, а вторая наверняка затянется далеко за полночь. Однако она обожала быстрый темп и в работе, и в досуге, хотя случались денечки, как сегодня, когда всего оказывалось чересчур много.

Сидя за рулем, Нэнси улыбнулась при мысли о своем отчете по выступлению Голдмана на съезде. Вероятно, она удивит его: репортаж получился прямым и честным, свободным от тенденциозности, как ей, впрочем, того и хотелось.

Несколько сотен руководителей американской энергетической промышленности стоя приветствовали сегодня Нимрода Голдмана, вице-президента «Голден стейт пауэр энд лайт», который заявил, что, испытывая на себе политическое воздействие, контролирующие органы злоупотребляют общественным доверием. «Вследствие столкновения интересов они вступают в ожесточенную борьбу друг с другом». Он обратился к проходящему в городе съезду Национального института энергетики. Ранее Голдман критиковал отдельных экологистов, которые, как он сказал, бросают вызов разуму. «Не существует ничего, абсолютно ничего, что могла бы предложить наша энергетическая промышленность…»

И так далее, и тому подобное. Она цитировала некоторые его заявления, в том числе о надвигающемся энергетическом голоде, так что если на этот раз у Нима будут сложности, ему придется возвращаться к собственным высказываниям, а не к изложению их репортером.

Господи! И как только таким вот идиотам дают водительские права? Она была второй в ряду машин, которым позволялось ехать на зеленый сигнал светофора, но парень, оказавшийся впереди нее, так и не тронулся с места. Уснул он, что ли? Нэнси нетерпеливо давила на клаксон. Вот дерьмо! Загорелся желтый, но когда Нэнси приблизилась к светофору, вспыхнул красный свет. Перекресток казался свободным, и она рискнула проскочить на красный.