Джеффри Арчер - 36 рассказов

— Благодарю вас, сэр, — сказал донельзя удивленный кассир: это было больше, чем его еженедельные премиальные.

Генри, сунув билеты в карман, быстро зашагал к Виктории. Она встретила его улыбкой, несмотря на холодный ветер. Правда, теперь в улыбке не было ровно ничего чарующего. Ни одного носильщика на платформе не осталось. Кондуктор взял у него билеты и проколол их.

— Посадка окончена, — закричал он, взмахнув зеленым флажком, и дал свисток.

Генри быстро забросил сумки и чемоданы в тамбур, толкнул в него Викторию и запрыгнул в уже отходящий поезд. Отдышавшись, он пошел по коридору, надеясь найти свободные места. Он никогда не ездил в третьем классе, и ему сразу не понравились потертые сиденья. Когда он подошел к сравнительно свободному купе, какая-то молодая пара ворвалась в него и заняла места. Генри так и не нашел два места рядом. Виктория села на свободное место в одном из купе, а Генри пришлось сидеть на чемодане в коридоре.

— В Дувре все изменится, — сказал он уже без обычной самоуверенности.

— Я уверена, что все так и будет, Генри, — ответила Виктория, тепло улыбнувшись ему.

Ему казалось, что двухчасовая поездка будет продолжаться вечно. Пассажиры ходили мимо него взад-вперед по коридору, наступая на кожаные, ручной выделки туфли, то и дело говоря: «Прошу прощения, сэр», «Прошу прощения, начальник» или же просто «Извини, приятель».

Генри проклинал Клемента Эттли с его смехотворной кампанией за социальное равенство и с нетерпением ждал, когда поезд придет на конечную станцию, в Дувр. Едва поезд остановился, как Генри первым, а не последним, выскочил из вагона и что есть мочи закричал: «Альберт!» Ничего из того, что он ожидал, не случилось. Словно в панике спасаясь от чего-то, люди толпой бежали мимо него к пристани. Наконец, Генри заметил носильщика и бросился к нему, но увидел, что он грузит на тележку чужой багаж. Генри безуспешно пытался поймать второго, потом третьего носильщика и, лишь помахав четвертому бумажкой в один фунт, с его помощью выгрузил из вагона четырнадцать сумок и чемоданов.

— Куда прикажите доставить, начальник? — весело спросил носильщик.

— На пароход, — сказал Генри и вернулся в вагон.

Он помог Виктории выйти, и они под дождем побежали к трапу отходящего от пристани парохода.

— Ваши билеты, сэр, — сказал молодой помощник капитана в темно-синей форме, стоящий у трапа.

— Я всегда занимаю каюту номер три, — тяжело дыша сказал Генри.

— Конечно, сэр, — ответил помощник и посмотрел в свой список. Генри самоуверенно улыбнулся Виктории.

— Вы мистер и миссис Уильям Уэст?

— Прошу прощения? — переспросил Генри.

— Вы, очевидно, мистер Уильям Уэст.

— Безусловно, нет. Я великий паша из Каира.

— Простите, сэр, но каюта номер три записана на имя мистера Уильяма Уэста и его семью.

— Никогда еще капитан Роджерс не обращался со мной так невежливо, — сказал Генри преувеличенно размеренным тоном. — Пошлите за ним немедленно.

— Капитан Роджерс погиб во время войны, сэр. Капитан Дженкинс находится в рубке и не покинет ее в течение получаса, пока мы не выйдем в море.

Раздражение Генри быстро сменилось паникой.

— У вас есть свободная каюта? — спросил он.

— К сожалению, нет, сэр, — сказал молодой помощник капитана. — Последняя была занята несколько минут назад.

— Могу я взять два билета без каюты? — спросил Генри.

— Конечно, — сказал он. — Но вам надо купить их в офисе на пристани.

Генри решил, что дальнейший разговор приведет к трате времени, повернулся и, не обращая внимания ни на жену, ни на носильщика, бросился покупать билеты.

— Два билета первого класса до Кале, — твердо сказал он.

Служащий за стеклянным окном устало посмотрел на Генри.

— Теперь все плывут в одном классе, сэр, если только вы не заказывали каюту, — сказал он и вручил Генри два билета. — С вас ровно один фунт.

Генри отдал ему бумажку в один фунт и поспешил к молодому помощнику капитана.

Носильщик оставил их багаж на набережной.

— Нельзя ли, — обратился Генри к помощнику, — поднять багаж на борт и поместить его в камеру хранения?

— Нет, это уже невозможно. До отплытия остается десять минут, и пассажиры сами несут свой багаж.

Виктория взяла два небольших чемодана, а Генри стал единственным участником эстафеты по перетаскиванию оставшихся сумок и чемоданов по трапу. Не чувствуя ни рук ни ног, он опустился на палубу, потому что все скамейки были уже заняты. Он так разогрелся, что не обращал внимания на дождь. С улыбкой, застывшей на лице, Виктория взяла его руку.