43-48), that man should not only not hate his enemy and not fight him, but love him, help him, serve him. |
V, 43-48) состояла в том, что человек не только не должен ненавидеть врагов, не воевать с ними, но должен любить их, помогать, служить им. |
Nekhludoff sat staring at the lamp and his heart stood still. |
Нехлюдов уставился на свет горевшей лампы и замер. |
Recalling the monstrous confusion of the life we lead, he distinctly saw what that life could be if men were brought up to obey these rules, and rapture such as he had long not felt filled his soul, just as if after long days of weariness and suffering he had suddenly found ease and freedom. |
Вспомнив все безобразие нашей жизни, он ясно представил себе, чем могла бы быть эта жизнь, если бы люди воспитывались на этих правилах, и давно не испытанный восторг охватил его душу. Точно он после долгого томления и страдания нашел вдруг успокоение и свободу. |
He did not sleep all night, and as it happens to many and many a man who reads the Gospels he understood for the first time the full meaning of the words read so often before but passed by unnoticed. |
Он не спал всю ночь и, как это случается со многими и многими, читающими Евангелие, в первый раз, читая, понимал во всем их значении слова, много раз читанные и незамеченные. |
He imbibed all these necessary, important and joyful revelations as a sponge imbibes water. |
Как губка воду, он впитывал в себя то нужное, важное и радостное, что открывалось ему в этой книге. |
And all he read seemed so familiar and seemed to confirm, to form into a conception, what he had known long ago, but had never realised and never quite believed. |
И все, что он читал, казалось ему знакомо, казалось, подтверждало, приводило в сознание то, что он знал уже давно, прежде, но не сознавал вполне и не верил. |
Now he realised and believed it, and not only realised and believed that if men would obey these laws they would obtain the highest blessing they can attain to, he also realised and believed that the only duty of every man is to fulfil these laws; that in this lies the only reasonable meaning of life, that every stepping aside from these laws is a mistake which is immediately followed by retribution. |
Теперь же он сознавал и верил. Но мало того, что он сознавал и верил, что, исполняя эти заповеди, люди достигнут наивысшего доступного им блага, он сознавал и верил теперь, что всякому человеку больше нечего делать, как исполнять эти заповеди, что в этом -единственный разумный смысл человеческой жизни, что всякое отступление от этого есть ошибка, тотчас же влекущая за собою наказание. |
This flowed from the whole of the teaching, and was most strongly and clearly illustrated in the parable of the vineyard. |
Это вытекало из всего учения и с особенной яркостью и силой было выражено в притче о виноградарях. |
The husbandman imagined that the vineyard in which they were sent to work for their master was their own, that all that was in was made for them, and that their business was to enjoy life in this vineyard, forgetting the Master and killing all those who reminded them of his existence. |
Виноградари вообразили себе, что сад, в который они были посланы для работы на хозяина, был их собственностью; что все, что было в саду, сделано для них и что их дело только в том, чтобы наслаждаться в этом саду своею жизнью, забыв о хозяине и убивая тех, которые напоминали им о хозяине и об их обязанностях к нему. |
"Are we not doing the same," Nekhludoff thought, "when we imagine ourselves to be masters of our lives, and that life is given us for enjoyment? |
"То же самое делаем мы, - думал Нехлюдов, -живя в нелепой уверенности, что мы сами хозяева своей жизни, что она дана нам для нашего наслажденья. |
This evidently is an incongruity. |
А ведь это очевидно нелепо. |
We were sent here by some one's will and for some reason. |
Ведь если мы посланы сюда, то по чьей-нибудь воле и для чего-нибудь. |
And we have concluded that we live only for our own joy, and of course we feel unhappy as labourers do when not fulfilling their Master's orders. |
А мы решили, что живем только для своей радости, и ясно, что нам дурно, как будет дурно работнику, не исполняющему воли хозяина. |
The Master's will is expressed in these commandments. |
Воля же хозяина выражена в этих заповедях. |
If men will only fulfil these laws, the Kingdom of Heaven will be established on earth, and men will receive the greatest good that they can attain to. |
Только исполняй люди эти заповеди, и на земле установится Царствие Божие, и люди получат наибольшее благо, которое доступно им. |
"'Seek ye first the Kingdom and His righteousness, and all these things shall be added unto you.' "And so here it is, the business of my life. |
Ищите Царства Божия и правды Его, а остальное приложится вам. А мы ищем остального и, очевидно, не находим его. Так вот оно, дело моей жизни. |
Scarcely have I finished one and another has commenced." |
Только кончилось одно, началось другое". |
And a perfectly new life dawned that night for Nekhludoff, not because he had entered into new conditions of life, but because everything he did after that night had a new and quite different significance than before. |
С этой ночи началась для Нехлюдова совсем новая жизнь не столько потому, что он вступил в новые условия жизни, а потому, что все, что случилось с ним с этих пор, получало для него совсем иное, чем прежде, значение. |
How this new period of his life will end time alone will prove. |
Чем кончится этот новый период его жизни, покажет будущее. |