Станислав Рем - Двадцатое июля

— А вы не были скаутом?

— Не довелось.

— Тогда объясню. Запомните на всякий случай. Берете мертвое дерево, именно мертвое, складываете его. Затем находите на деревьях наросты в виде паутины. Их нужно, если они мокрые, высушить.

— Как? Ведь идет дождь.

— Собственным телом. Можете положить под рубашку. Или внутрь головного убора, а его надеть на голову. Эта паутина, если сухая, горит как порох. После кладете ее под мокрые дрова, и они спокойно горят.

— Носить на себе такую дрянь? Не завидую скаутам.

Рисс рассмеялся.

— Сэр, — в их беседу ворвался голос штурмана, — мы над целью.

Оунс бросил взгляд на приборы:

— Приготовиться к бомбометанию.

Через десять секунд машину тряхнуло. Первая смертоносная партия бомб ушла вниз. Самолет, облегчившись, лег на правое крыло и пошел на второй круг. Авиакрыло потянулось следом.

Сбрасывая груз вторично, Оунс неожиданно почувствовал неудовлетворение проделанной работой.

— Ерунда какая-то, — пробормотал он.

— Что случилось, кэп? — Второй пилот, видимо, услышал его ругательства.

— А тебе ничего не кажется странным?

— Вроде нет. Впрочем, — пилот на секунду задумался, — Гансы не подняли в воздух ни одной машины. И зенитки с земли не палили.

— Вот именно. Штурман, мы не могли ничего напутать?

— Никак нет, сэр.

Машина сделала еще один заход на цель, опустошились и легла на обратный курс.

Первый взрыв выбросил Тейлора из гамака. Палатка завалилась, и ему понадобилась вся сноровка, чтобы быстро выбраться из нее. За это время земля начала вибрировать от разрывов прилетевшего с неба груза.

На позиции 2-го батальона творилось нечто невообразимое. Бомбы ложились плотными рядами, не давая людям возможности найти убежище: осколки доставали их всюду. Взрывы на мгновение осветили поле смерти, и Тейлор увидел опрокинутые пушки, разбросанные по всему полю останки тел солдат и офицеров, разрушенный командный пункт батальона.

Со всех ног полковник бросился к штабу главнокомандующего. По пути ему попался ошалевший от авианалета лейтенант связи Трейси.

— Где наша авиация? — прокричал ему в ухо Тейлор.

Трейси указал на небо и заорал:

— Вот наша авиация! Нас бомбят американцы!

— Вы с ума сошли, лейтенант?

— Нет, сэр, это янки сошли с ума. Присмотритесь. — Тейлор запрокинул голову, но ничего, кроме теней самолетов, различить не смог. — Смотрите, сэр, они разворачиваются и уходят домой.

Тейлор не поверил своим глазам: бомбардировщики и самолеты сопровождения взяли направление на северо-запад, в глубь их тыла. Над позицией зазвенела тишина, прерываемая криками раненых и руганью солдат.

Монтгомери сидел на поваленной сосне и невидящим взором таращился на свой берет.

— Сэр, — подскочил к нему полковник, — с вами все в порядке?

— Да, — глухо отозвался генерал. — Какие у нас потери?

— Еще не знаю.

— Так выясните!

Спустя полчаса Тейлор докладывал:

— Более двухсот человек убитыми. Столько же тяжело ранеными. Второго батальона больше практически не существует. Сэр, что это было?

Монтгомери оставил в покое головной убор, поднялся, оправил китель:

— Прекратите истерику!

— Но, сэр…

— Немедленно вывезти с позиций всех раненых. Проверить наличие действующего оружия. Погибших предайте земле. Словом, наведите порядок. А я лечу к Эйзенхауэру. Да, и приведите всех в чувство. Всё.

Армстронг получил осколочное ранение в левую руку. Тейлор встретил его в санитарном пункте. Тот, увидев полковника, встал с кушетки:

— Мне уже сообщили о происшедшем.

— Вам нужно было уехать вчера. — Тейлор кипел от злости. — Зачем вы остались?

— Довести расследование до конца. Но после сегодняшних событий его результаты, чувствую, никого не заинтересуют. Поверьте, полковник, мне искренне жаль, что так произошло. Тем более я и сам пострадал.

Они вышли на свежий воздух, который после бомбардировки трудно было назвать свежим. Пахло гарью, кровью, смертью.

— Этот налет — результат предательства. — Тейлор повернулся к американцу: — И предатель сидит в вашем штабе.

— В вас говорят злость и ненависть. А также бессилие.

— Какая, к черту, ненависть?! Бросьте, Армстронг. Я на войне не первый день и знаю, что иногда здесь происходят такие вещи, которые и в голову не могут прийти нормальному человеку. Да, бывают случаи, когда в схватку друг с другом вступают свои же части. Только это происходит крайне редко, и виновник быстро выясняется. А здесь другой случай.