Огненные фарватеры

Ответив «есть», я направился в самый нос, к форштевню. Слева, на зюйде, конвой угадывается. Но видно его совсем плохо. Где-то сзади второй наш МО. Бегут минуты, а тех самых четырех торпедных катеров что-то не видно, хотя вроде должны, по моим подсчетам, появиться. В голову лезут разные мысли о том, что и разведка могла напутать, и никаких торпедных катеров вообще не будет. И вдруг… Что это? Ну конечно, вот они, идут навстречу!

— Торпедные катера, правый борт двадцать градусов, дистанция!.. — крикнул в мегафон во весь голос.

Тут же прибежал капитан 2-го ранга Капралов:

— Где?

Показал рукой.

— И верно, кошачье у тебя око, старшина, — удивился Михаил Васильевич. — Молодец! — Повернулся, убежал на мостик.

Тут же раздался сигнал боевой тревоги.

Полным ходом пошли наши МО на сближение с неприятелем. Мое место — носовая сорокапятка. Расчет на местах — заряжающий Николай Куликов, красивый веселый парень, рассказчик и гармонист, на пушке — приходящий, минер по специальности. Еще рулевой Коля Полянский, другие моряки. Ну и я, командир.

— Наводить по головному торпедному катеру! — командует с мостика капитан-лейтенант Маркин.

— Есть по головному! — Установил прицел, целик. — По торпедному катеру, дистанция три кабельтовых, снаряд осколочно-фугасный, трассирующий! — Щелкнул затвор. — Огонь!

Пушка дернулась.

— Перелет!

Убавил прицел и снова:

— Огонь!

Теперь недолет. Много ли надо времени снаряду, чтобы пролететь три кабельтовых? Секунды две, максимум. Чуть подправил прицел, и снова грянул выстрел. И почти тотчас взрыв над морем, столб пламени в темноте. Он сразу же высветил наши катера, конвой и торпедные катера противника. Теперь их было только три. Последним снарядом угодили мы точно! От вражеского торпедного катера, от головного, ничегошеньки не осталось. А прочие, увидав такой поворот дела, развернулись и… были таковы!

А к нам на пушку прибежал сам капитан 2-го ранга Капралов и во второй раз за эту ночь поблагодарил:

— Ну, старшина Морозов, молодец!

К утру конвой благополучно и без потерь пришел на Лавенсари. У всех нас была одна лишь мечта — отдохнуть. Но в кубрик прибежал вестовой командира и сказал, чтобы я тотчас же переоделся в форму одежды номер три — вызывает командир истребительного отряда.

— Ты не один, старшина. Еще рулевой Коля Полянский и механик звена старший инженер-лейтенант Яковлев, — закончил вестовой.

На сетевой заградитель нас доставили на «каэмке». Капралов пошел вперед, а мы трое следом, прямо в кают-компанию. После катерных габаритов она показалась мне огромной, и я не удивился тому, что народу тут собралось так много. Все стояли торжественно и, казалось, светились радостью. Ждать пришлось недолго. Вошло начальство, раздалась команда, и незнакомый мне капитан 2-го ранга стал читать приказ командира Островной военно-морской базы. К командиру базы контр-адмиралу Жукову подходили краснофлотцы, старшины и офицеры. Они получали из его рук награды.

Капитан 2-го ранга Капралов уже держал в руках коробочку с орденом Красного Знамени. Он улыбался и что-то шептал старшему инженер-лейтенанту Яковлеву.

— Награждаются орденом Красной Звезды! — объявил капитан 2-го ранга. Тут и я услыхал свою фамилию: — Старшина первой статьи Морозов Григорий Федорович!

Капралов подтолкнул меня в бок и шепнул: «Не робей! Вперед!»

Я получил орден и орденскую книжку к нему. Адмирал пожал мне руку и пожелал дальнейших успехов в боях.

— Служу Советскому Союзу! — ответил я, ответил так громко, что все кругом заулыбались.

Кронштадтские улицы были непривычно пусты этим хмурым августовским днем. Пусты и удивительно чисты. Зеленели деревья. В саду, что на углу Аммермана и Октябрьской, я увидела голубей и застыла от удивления. Давненько их не видела, воркующих, беззаботных…

— Документы! — Команда вернула меня к действительности.

Протянула начальнику патруля предписание и уже в четвертый раз на коротком пути от Ленинградской пристани доложила, что следую к новому месту службы.

— Ну давай! — улыбнулся молоденький лейтенант. — А то у нас тут женского пола маловато, город строгий и суровый. Так что считай, пополнение не только в ОВРе.

Я подумала о том, что парень напрашивается на знакомство, и повела себя сугубо официально. Мне было не до шуток: через полчаса должна решиться моя судьба.