Я решил познакомиться с этой женщиной и пошел в Станьково.
Первый мой разговор с Вашей мамой произошел у плетня Вашей маленькой избушки.
…Вас я увидел в тот же день. Вы вышли на крыльцо, Анна Александровна позвала Вас и сказала:
— А это моя дочь Ада.
Вы очень неприветливо почему-то посмотрели на меня и даже не улыбнулись.
Не знаю, запомнили ли Вы эту встречу. Но я с этого дня знал о Вашей жизни все, и Вы, не подозревая того, выполняли мои задания.
Ночью я и Тактасинов проводили Ивана Андреевича Дозмарева на кладбище, и там нас встретил Марат.
Вскоре Марат стал выполнять наши разведывательные задания. Под видом «снабжения» немецких постовых солдат (он продавал им яйца, молоко) Марат проникал в военный городок и добывал необходимые сведения.
Это ему удалось обнаружить никем не охраняемые наши бывшие военные склады.
Как только раненая нога Ивана Андреевича Дозмарева стала подживать, Марат показал нам эти склады. (Они были левее ворот военного городка в густом лесочке, заросшем крапивой.) Дозмарев, я и Тактасинов ночью взломали двери двух складов. Анна Александровна и Марат стояли на посту. За одну ночь мы вынесли 132 ручных гранаты «Ф-1», 250 капсюлей и 30 метров бикфордова шнура и все это переправили на нашу партизанскую базу в станьковский лес.
Марат стал связным между Дозмаревым, Анной Александровной и мною. Несколько раз он доставлял мне в ботинке очень нужные и срочные сведения.
Мне было известно; что некоторые разведывательные задания выполняли также и Вы. Вместе с Маратом Вы расклеивали сводки Совинформбюро, извещали членов станьковской группы о местах сбора и тому подобное.
Еще до ареста Вашей матери, Дозмарева и Комалова почти каждую ночь мы ходили на боевые операции, а после заходили в дом жены Ивана Привалова.
В конце ноября 1941 года к нам в партизанский лагерь пришли мужчина и женщина из деревни Добринево, они якобы искали пропавшую корову. Мы их пожалели и отпустили.
А на второй день они привели к нашему лагерю отряд немцев. Они окружили на рассвете наш лагерь, мы приняли бой, который продолжался весь день, почти до ночи. Мы уложили немало немцев, но и у нас осталось 19 человек, с которыми я и решил уйти на восток в Глусский район, Бобруйской области, где и стал командиром партизанского отряда имени Буденного. Дозмарев и Анна Александровна создали в Станькове большую группу, и все задания эта группа получала непосредственно от меня. Некоторые засады и операции они проводили самостоятельно, а иногда мы объединялись.
Я хорошо помню многих моих товарищей по этим дням партизанской борьбы. На всю жизнь запомнил Вашу мать, Вашего брата Марата и Вас, хотя Вы-то меня видели всего один раз. Правда, был еще случай ночью, когда Вы и Марат указали нам дома станьковцев, в которых хозяева прятали военное обмундирование. После этой операции весь наш отряд был целиком одет и обут. Я был в ту ночь с ребятами, но едва ли Вы могли узнать меня, да еще ночью.
…В наш отряд часто приходили Дозмарев и Ваша мать. Они принесли нам и радиоприемник на батареях. Раза два или три вместе с ними приходил и Марат. Знали Вы об этом?
Ваша мать знала все, что происходило в нашем партизанском лагере, принимала участие во многих засадах и операциях. Многое знал и Комалов. Остальные из станьковской группы знали только то, в чем сами принимали участие.
В первых числах сентября и в октябре наша партизанская группа взорвала три небольших железнодорожных моста на линии между станциями Негорелое — Минск, сожгла 4 деревянных моста на различных дорогах, убила около двухсот вражеских солдат и офицеров и даже одного генерала. Последнее совершила станьковская группа, когда находилась в засаде на Минском шоссе. После ареста Вашей матери и Дозмарева мне стало известно от связных, что на их след навел один станьковский предатель. Мы приговорили его к расстрелу, но, к сожалению, осуществить приговор не смогли. Комалов и партизаны станьковской группы пытались освободить своих товарищей, но Комалов был тут же схвачен, а остальные растерялись. Вы знаете, что Дозмарева, Анну Александровну и Комалова фашисты подвергли пытке, но они ничего им не сказали, не выдали месторасположение нашего лагеря.
Я и обрадовался, и очень огорчился, получив Ваше письмо, дорогая Ариадна Ивановна. Дело в том, что всего неделю назад я возвратился из Белоруссии, где пробыл более месяца, посетил район действий партизанского отряда имени Буденного, которым я командовал, да и в Минск заехал, где живут мои боевые друзья. Девять дней я гулял по Минску, любовался и восторгался им, и не знал совсем, что Вы тоже здесь живете…
Читать дальше