Андрей Марченко - Терракотовые дни

Ствол качнулся в сторону Ланге.

Что он делает, — пронеслось у того в голове, — он всех нас погубит.

И тут Бойко ударил.

Махнул рукой, так чтоб из рукава вылетел нож, перехватил его, всадил его в руку подручному. Пришпилил ее к столешнице.

Тем же движеньем бросил солонку в лицо Гайтану. Тот пальнул раз, но как-то высоко, выбил труху из потолка где-то в углу.

Владимир поднырнул под выстрел, ударил головой в живот Степану. Вместе рухнули на пол. Бойко удалось уложить Гайтана лицом вниз, заломить руки. Но бандит крутился под ним юлой…

— Браслеты! — протянул руку к Ланге.

Тот стоял растерянный и удивленный.

— Наручники! — повторил Бойко. — Дайте наручники!

Отто достал их откуда-то сзади, из-за спины, вложил в руку Владимира. Тот затянул их туго.

Бойко поднял обрез, передернул два раза затвор — на землю со звоном вылетели стреляная гильза и патрон. Было видно, что рубашка пули оцарапана. Ланге передернуло от отвращения: такие пули в теле разбрызгивались, превращая кости и органы в кашу.

Минут через пять вывели арестованных из кабачка. У Петьки руки были связаны полотенцем. Другим таким же перевязали рану.

То ли от боли, то ли от обиды, то ли попросту от соли по щекам Степана текли слезы.

— Ну-ну, — успокаивал его Бойко, — может быть, все обойдется. Ты же никого не убил? Или замочил таки?..

Ланге почесал затылок. Получилось довольно по-русски: замешательство, смешанное с растерянностью. Чтобы не видеть эту нелепость, Бойко отвернулся. Но Отто его окликнул:

— Владимир?..

— Да? — ответил тот, не оборачиваясь.

— Я тут подумал… Вы вчера, вероятно, спасли мою жизнь.

— Бывает… — согласился Бойко. — Не стоит благодарности — это моя работа. Разве не так?

— Возможно… Но, наверное, я все же должен вас поблагодарить?..

— Это ваше дело. Сложись положение еще раз как вчера, я поступлю так же. Вне зависимости от того скажете вы мне сейчас «спасибо», или нет. Это рефлексия… Мне ваша благодарность, в общем-то…

Бойко замолчал, подбирая нужное слово. Но так и не нашел его и счел за лучшее молчать.

Ланге набрал воздух и выпалил.

— Когда у вас день рождения?

— В июле.

— Ну ничего, у меня вам подарок.

Он подал пакет:

— Возьмите…

— Что там?

— Откройте, посмотрите…

Бойко принял пакет, на ощупь в нем было что-то мягкое. Он развернул бумагу. Поверх лежала рубашка оливкового цвета и костюм из чесучовой ткани.

— Я бы подарил вам еще и ботинки, но вашего размера не знаю, спрашивать не стал, потому что это бы испортило сюрприз. Купите сами…

— Но я не могу это взять! — ответил Владимир. Но пакет не вернул.

— Можете… И возьмете, — Ланге был явно доволен собой, — честно говоря, одежда не новая. На рубашке сзади следы от краски. Отстирать их не удалось, но носить под пиджак рубашку можно. Костюм, вероятно, не по сезону, но я его брал на случай какой-то грязной работы, вроде, ходить по катакомбам. К счастью, катакомб здесь нет…

Бойко поморщился: катакомбы здесь были. Верней, они именовались сливным коллектором или ливневой канализацией. В самом высоком месте по ним можно было идти пригнувшись, но обычно — на коленях. В былые времена Бойко спускался туда часто — туда ныряли бандиты, сбрасывали в коллектор оружие и уворованное. И не было ни одного большого дождя, чтоб кого-то водой не утянуло под землю. Обычно туда он лез голышом, потому что иначе одежду просто можно было выкидывать.

— Это еще не все…

Ланге наклонился и достал из нижнего ящика стола иной пакет. Тот был меньше и явно более тяжелый.

— Я дам вам «parabellum» [6] "Я дам вам парабеллум" — фраза, свинчена у Ильфа и Петрова. В детстве она казалась мне анахронизмом, но затем я с удивлением узнал, что этот пистолет был разработан еще в 19-ом веке. Пистолет у Бойко — швейцарский, под патрон 7,62 parabellum. Вероятно, Ланге купил его в частном порядке, когда был в Швейцарии. Кстати, "parabellum" в данном случае это не часть пословицы "sigus paxum — para bellum", а телеграфный адрес концерна DMW, который это оружие и разработал. , — продолжил Отто, — видит бог, сыщик без оружия у меня вызывает смятение. Не волнуйтесь, я купил его частным образом.

— Вы не боитесь, что ваше оружие обернется против вас?..

— Я рад, что вы задали этот вопрос. Если бы его не было — я бы, действительно, боялся. Не буду брать с вас клятву. Доверюсь вашему честному слову.

— По странному совпадению, я клятв не даю. Если моему слову нет веры, то что проку с клятв?