Генрих Гофман - Герои Таганрога

После экстренного совещания штаба, вызванного арестом Морозова и Костикова, руководители городского подпольного центра из предосторожности скрывались у друзей и знакомых. Василий жил на конспиративной квартире у своих знакомых. О его местопребывании знали только Сергей Вайс, Константин Афонов и Максим Плотников.

Подготовка к побегу арестованных была в полном разгаре. Через Александра Грибчатова, который по заданию подпольщиков работал в полиции, Вайс уже связался с одним из надзирателей. За сорок тысяч рублей тот соглашался во время прогулки отвлечь внимание полицейских и подвести арестованных к забору тюремного двора, выходившему на Николаевскую улицу. Оставалось раздобыть грузовую машину и назначить окончательный день побега, но...

Сергей Вайс забежал к Василию, чтобы сообщить, что нужная сумма денег уже собрана. В это время с базара вернулась хозяйка квартиры. Бледность покрывала ее лицо.

— Все кончено, — проговорила она и подала Василию свежий номер газеты «Новое слово». — Читай на первой странице.

Афонов и Вайс сразу обратили внимание на жирный заголовок: «Сообщение оккупационных властей». Гитлеровцы извещали граждан города Таганрога, что карательными органами раскрыта бандитская подпольная организация, которая выпускала и распространяла антигерманские листовки и тем самым наносила вред новому порядку в тревожное для германского командования время.

«Проведенным следствием неопровержимо доказана подрывная деятельность большевистских выродков: Льва Костикова, Николая Морозова... — Далее упоминались фамилии арестованных подпольщиков группы Турубарова. — Всех вышеперечисленных бандитов германское командование приговорило к расстрелу. Приговор приведен в исполнение. Теперь город Таганрог полностью и навсегда очищен от большевистской заразы», — взволнованно прочел Василий последние строки и устало перевернул газету.

— За пять дней расправились, гады. Кто мог подумать... — нарушил тягостное молчание Сергей Вайс.

— Гляди-ка! Тут и награжденные есть, — Василий кивком показал на газету.

Вайс подошел к нему и прочел:

В подавлении и обезвреживании партизанской банды Костикова — Морозова наиболее отличились следующие нижеприведенные служащие русской вспомогательной полиции:

1. Стоянов Борис — начальник русской вспомогательной полиции.

2. Петров Александр — начальник политического отдела.

3. Ковалев Александр — специалист в политическом отделе.

4. Ряузов Сергей — специалист в политическом отделе.

5. Кашкин Анатолий — полицейский.

Из перечисленных лиц награждаются:

1. Начальник русской вспомогательной полиции Стоянов Борис награждается орденом «Служащих восточных народов» второго класса, в бронзе, без мечей.

2. Начальник политического отдела полиции Петров Александр и специалист в политическом отделе Ковалев Александр награждаются орденами «Служащих восточных народов» второго класса, без бронзы и без мечей.

Эти лица неустрашимо, с оружием в руках принимали активное участие в задержании и уничтожении бандитов. Поэтому пожалование наград справедливо.

3. Специалист в политическом отделе Сергей Ряузов и полицейский Анатолий Кашкин, которые отличились упорной работой и беспредельной преданностью при обнаружении бандитов и допросов их, получат из фондов тайной полевой полиции каждый по одной бутылке водки как поощрение для дальнейшей отдачи себя борьбе против враждебных немцам элементов.

— Сволочи! За бутылку водки Родину продали, — выругался Сергей. — Немцы их орденами без мечей пожаловали, а мы этих паразитов пулями должны наградить. Можно и деревянные кресты подбросить на их могилы.

— Ты, Вайс, эту газету прибереги, — попросил Василий. — Мы этим орденоносцам перед смертью как приговор этот приказ прочитаем. Чтобы все по закону было.

— Не могу поверить, что Николая в живых уже нет, — глубоко вздохнув, сказала хозяйка квартиры. — Я ведь его еще пионервожатым знала.

Василий встал, оперся о стол сжатыми кулаками.

— Сергей, рассылай связных, завтра у меня совещание соберем, — сказал он. — А я в больницу военнопленных схожу... Там тоже дела намечаются... Будут им и пули, будут и кресты деревянные...

Василий подошел к вешалке, надел на голову шапку.

— Погодите вы, поешьте хоть малость, — засуетилась хозяйка.