Эдвард Форстер - Говардс-Энд

И вот Фриду Мозебах, ныне жену архитектора Лисеке и мать его отпрыска, привели на эти холмы, чтобы поразить открывающимся видом, и она, окинув долгим взглядом пейзаж, отметила, что холмы здесь более высокие и крутые, чем в Померании. Это было истинной правдой, однако миссис Мант сочла ее наблюдение не вполне соответствующим моменту. Гавань Пула стояла сухой, что навело Фриду на мысль похвалить отсутствие грязи на береговой полосе курорта Фридриха Вильгельма, что на острове Рюген, где над неприливной Балтикой склоняются буки и даже коровы могут созерцать морские воды. Миссис Мант в свою очередь высказала мнение, что в отсутствии приливов нет ничего хорошего, ибо вода становится гораздо чище, если пребывает в движении.

— А ваши английские озера: Уиндермир, Грасмир, — они что же, грязные?

— Нет, фрау Лисеке. В них, видите ли, пресная вода, а это совсем другое дело. Соленой же воде нужны приливы и отливы, она должна подниматься и спадать, иначе она пахнет. Взгляните, к примеру, на аквариум.

— На аквариум! О, ми-и-иссис Мант, вы хотите сказать, что аквариум с пресной водой воняет меньше, чем с морской? Но когда Виктор, мой деверь, собрал много головастиков…

— Не надо говорить «воняет», — вмешалась Хелен. — Но если ты все-таки это произнесла, то положено по крайней мере сделать вид, что шутишь.

— Тогда «пахнет». А грязь в вашем Пуле там, внизу, она разве не пахнет? Или мне следует сказать «разве не воняет, ха-ха-ха»?

— В гавани Пула во все времена была грязь, — сказала миссис Мант, слегка нахмурившись. — Ее приносят реки, и от нее зависит очень ценный устричный промысел.

— Да, это верно, — уступила Фрида, и очередной международный инцидент разрешился.

— «Борнмут сегодня… — подытожила миссис Мант, цитируя местный стишок, который ей очень нравился. — Борнмут сегодня, Пул вчера, а Суонидж станет скоро из трех важнейшим и большим, и с этим не поспоришь». Так что, фрау Лисеке, я показала вам Борнмут, я показала вам Пул, а теперь пройдем немного назад и снова посмотрим на Суонидж.

— Тетушка Джули, там, внизу, не поезд ли Мег?

Облачка дыма покружили над гаванью и потихоньку поползли в их сторону, на юг, через черное и золотое.

— О дорогая моя Маргарет! Надеюсь, она не переутомилась.

— А интересно… Да, очень интересно, сняла ли она дом.

— Надеюсь, она не приняла слишком поспешного решения.

— Я тоже. Тоже очень надеюсь.

— Он такой же красивый, как на Уикем-плейс? — спросила Фрида.

— Думаю, да. Можете не сомневаться: мистер Уилкокс приобретает такие вещи, что другим остается только завидовать. Все дома на Дьюси-стрит красивы — на современный лад, конечно, — и я не понимаю, почему он не хочет оставить его себе. Однако он поселился там в основном из-за Иви, а теперь, когда Иви выходит замуж…

— Ах вот как!

— Ты никогда не видела мисс Уилкокс, Фрида. Как ты абсурдно матримониальна!

— Но она сестра того самого Пола?

— Да.

— И того самого Чарльза, — сказала миссис Мант с особым чувством. — О, Хелен, Хелен, что это был за день!

Хелен рассмеялась.

— Мы с Мег не такие нежные. Если подворачивается возможность снять дом подешевле, мы не раздумываем.

— А теперь, фрау Лисеке, посмотрите на поезд моей племянницы. Видите, он движется в нашу сторону — все ближе и ближе. И когда он дойдет до Корфа, то потом фактически проедет сквозь холмы, на которых мы стоим, так что, если мы повернем назад, как я вам предлагаю, и посмотрим вниз, на Суонидж, мы увидим, как поезд появится с той стороны. Согласны?

Фрида согласилась, и через несколько минут они пересекли вершину холма. Роскошный вид сменился менее впечатляющим. Под ними лежала довольно скучная долина, позади которой поднимались склоны тянущихся до побережья холмов. Дамы смотрели на остров Пурбек и далее, на Суонидж, который станет скоро из трех страшнейшим и большим, и с этим не поспоришь. Поезд Маргарет появился, как и предполагалось, с другой стороны, что было отмечено одобрительным возгласом ее тетушки. Он сделал остановку; там Тибби должен был встретить сестру и привезти ее к ним вместе с корзинкой, в которой была собрана провизия для пикника.

— Видишь ли, — объясняла Хелен кузине, — Уилкоксы собирают дома, как твой Виктор головастиков. У них есть дом на Дьюси-стрит — раз; Говардс-Энд, где я устроила кавардак, — два; загородный особняк в Шропшире — три; дом Чарльза в Хилтоне — четыре; еще один недалеко от Эпсома — пять; у Иви будет свой дом, когда выйдет замуж, — шесть; и, возможно, еще pied-à-terre [34] Временное жилище (фр.). за городом, то есть всего семь. Ах да, еще хижина Пола в Африке — восемь. Но мне бы хотелось жить в Говардс-Энде. Вот славный дом! Вам так не показалось, тетя Джули?